Но менты сами себя засвечивали – своими же руками ставили на дорогах информирующие знаки. Идиоты, в натуре.
За Казанью они собирались остановиться на дневку. За окнами уже светлело, вот-вот на дорогах могли появиться передвижные ментовские посты. Но прежде чем повернуть в лес, Шнур с Товарняком остановились у придорожного кафе. Надо было затариться хавчиком. Да и пивка бы не мешало взять. В багажнике стояла коробка коньяка. Но «Хеннесси» стоял уже поперек горла. Хотелось чего-нибудь простого, народного.
Место глухое.
Кроме кафе, здесь ничего не было. Разве что в отдалении стояли две фуры. «Пусть живут», – снисходительно подумал Шнур.
В кафе их не ждали, поэтому дверь была на замке. Пришлось будить хозяев. Сонная баба протерла глаза, прочухалась, стала нарезать хлеб, колбасу, варить сосиски. Шнур с Товарняком в это время тянули пивко, наслаждались покоем.
Когда все было готово, они расплатились и вышли на улицу. А там... Рядом с их «Фольксвагеном» стояла стремная «девятка» с ослабшими от старости задними рессорами.
Вокруг самого «Пассата» стояли совсем не слабые на вид ребятки. Бритые затылки, кожаные куртки, тяжелые боты с высоким берцем. В руках бейсбольные биты. Они по-хозяйски рассматривали «Фольксваген» и кого-то ждали. Шнур сразу понял, кого...
– Чо, пацаны, тачка нравится? – стараясь сохранять невозмутимость, спросил он.
– Ага, нравится, – хищно оскалился коренастый крепыш.
Ну и рожа у него. Нос свернут влево, а челюсть – вправо. Гоблин какой-то...
– Ну и зашибись.
.. Все, пацаны, посмотрели и разбежались.
– А ты чо, борзый? – угрожающе ухмыльнулся крепыш.
– Не, я не борзый, просто мне ехать надо.
– Ну и езжай. Мы тебе свою «девятку» отдаем. А ты нам свой «Пассат»...
– А может, тебе лучше пассать дать, а?.. Вали на хрен отсюдова, я сказал?
Крепыш вскинул биту и двинулся на Шнура. Его кореша тоже ринулись в атаку.
Шнур и Товарняк отступили. Но всего лишь на несколько шагов. Чтобы успеть поставить на землю пакет с харчами и ящик с пивом.
У них еще оставалось время выхватить из-под курток «волыны». Что они и сделали.
«Бейсболисты» остановились. Но в глазах их вожака не было страха.
– Ты свою китайскую игрушку спрячь, – презрительно скривился он.
Теперь нос его и подбородок смотрели в одну сторону.
– Это не игрушка, – ухмыльнулся Шнур.
И для убедительности выстрелил крепышу под ноги. И сразу презрение уступило место откровенному страху.
– Э-э, ты чего? – пятясь задом, пробормотал вожак.
