Я просто уверена, что оно у тебя большое и доброе!""
Герман: ""И тебе приятных снов! И можно, я буду называть тебя Элизабет?""
– Вот же ж! Мои родители оценили бы! – я рассмеялась, прочитав это и написала в ответ:
""Да, ТЕБЕ можно!"""
"Герман оказался приятным собеседником. В кои веки я не заметила, как пролетели почти четыре часа полёта. Да чего уж там! Сама себе удивляюсь, что номер телефона дала. Флиртовать, пусть даже и с приятными, во всех отношениях, мужчинами, это не про меня. А сейчас вот сижу, как старшеклассница, строчу сообщения и улыбаюсь.
Хотя сама же, своими же руками выставила мужа из дома. По законам жанра, я сейчас рыдать должна от обиды на мужа и за потраченные на него лучшие годы. Но рыдать почему-то сегодня не хотелось. Вот, то есть, абсолютно!
– Да Вы, милочка, профурсетка! – сказала бы всё та же Зоя Павловна.
Ага, стала вдруг к своим почти 45-ти годам. Старовата я уже для профурсетки то, однако…
Если уж быть точным, то билеты у нас с Германом были совсем даже не на соседние кресла, в смысле, места.
У меня эконом, у него бизнес-класс. Но оказалось, что на регистрации что-то напутали с местами, и поэтому моё место было занято инвалидом. Было, правда, рядом с ним и его сопровождающим одно пустое место, но, видимо, и оно было ими оплачено. Багаж сдан, выдворять меня без чемодана не рискнули, рядом со мной будут сидеть мужчина инвалид и его сопровождающий. Ну, или я рядом с ними должна была сидеть, уж не знаю. Лично меня такое соседство не пугало, но мужчине в инвалидной коляске, видимо, было не очень удобно, поэтому ко мне подошла стюардесса и предложила пересесть в бизнес-класс.
Да без проблем! В бизнес-класс, потому что в нашей, народной, части самолёта, всё было занято. Спорить я, конечно же, не стала. А уж когда меня посадили рядом с тем приятным, во всех отношениях, мужчиной, да ещё и предложили шампанского до взлёта, то и вообще жизнь заиграла другими красками.
– Позвольте представиться: Герман. Герман Штерн, – обратился ко мне мой новый сосед.
Обычно, всё-таки, в самолётах люди редко знакомятся. Общаются-то и то не всегда. Это ж вам не поезд. Лететь всего четыре часа, все, как правило, занимаются своими делами. А тут так сразу и своё имя и фамилию назвал. Надо же, каков наглец, хотелось мне сказать, но вместо этого я рассмеялась и представилась в ответ:
– Елизавета. Елизавета Герман.
Тут уж настала его очередь рассмеяться.
– Нас, кажется, сама судьба свела.
