– Дааа, бать, ну ты дааал, – протянул сын и, встав из-за стола, убрал посуду в посудомойку и ушел в свою комнату.
Говорить больше не хотелось. Я развернулась и тоже вышла из кухни, направившись в ванную, пора было собираться на работу. Уже в ванной я вспомнила, что даже не позвонила вчера Наташке, чтобы узнать, как она? Что там у неё такого случилось, что даже меня от родителей на день раньше вытащила.
Вторым сюрпризом сегодняшнего утра стали слова подруги о том, что она здорова, и что её не надо подменять.
– Лиз, давай в обед в нашей кафешке встретимся, и я тебе всё объясню. Всё, не могу больше говорить! Увидимся!
– Хорошо, Наташ, давай в обед в нашей кафешке, – машинально повторила я.
– Мам, я убежал! До вечера!
Услышала я голос сына из прихожей и за сыном хлопнула входная дверь.
– Лиза, ну ты, наконец, готова поговорить? – муж стоял в дверях нашей спальни и слышал мой разговор с подругой.
– О чём, Артур, ты хочешь поговорить? О нас?
– Да, о нас. Ты ведь не будешь отрицать, что у нас кризис в отношениях?
– Отрицать не буду, – согласилась я и прошла в гардероб.
Артур, видно, не ожидал, что я соглашусь с ним, а потому вдруг замолчал. Видать, сбой у мужа случился в запланированном разговоре.
– Лиз, ну прости дурака. Я не знаю, что на меня нашло! – муж подошёл и попытался обнять меня.
К такому тесному контакту я была совсем не готова, а потому резко повернулась к нему и, протестуя, выставила руку. Оказаться в объятиях этого человека, которому я доверяла, как самой себе, и в порядочности которого была уверена, я была не готова.
Вот точно не сейчас!
– Артур, шёл бы ты на работу, – еле ворочая языком, проговорила я.
У меня было ощущение, что из меня выдавили весь воздух. Странно, но вчера я такого не испытывала. Мозг только сейчас усвоил информацию? Слова давались с трудом. Сейчас во мне говорила обида на мужа и на его поступок. Мужчина, с которым прожита половина жизни, предал меня. Говорить и даже стоять рядом с ним я не могла.
Находиться в относительно небольшом помещении гардероба рядом с мужем мне было физически тяжело. Я никогда не страдала клаустрофобией, а тут, вдруг, я поняла, что мне нечем дышать. Мне захотелось отойти от него как можно дальше, и я вышла из гардероба. Муж же, видя, что сегодня я его вещи не собираю и не складываю в чемодан, расценил это по-своему, воспрял духом, а потому, добавив к голосу умоляющих ноток, произнёс:
– Обещай, что спокойно всё обдумаешь.
