Её завели в комнату со шкафчиками и выдали униформу, шапочку и удобные тапки, взамен её сапог. Это было неожиданно. Вот уж переодеваться она точно не планировала. Но немцы есть немцы – порядок во всем и всегда, и Элизабет, не тратя время на разговоры, переоделась и убрала свои вещи в шкафчик. Хотя, о чем это она? Причём здесь нация? Она же к роженице идет!
– Как она? – успела Элизабет задать вопрос медицинской сестре, которая пришла за ней.
– Она ждет Вас, я полагаю.
– Меня?
– Вильма сказала, что без матери она рожать не будет! – последовал неожиданный ответ.
– Что?
Мысли в голове Элизабет понеслись вскачь. Может, Вильма совсем не её ждет, а свою родную мать? Хотя, это вряд ли. Элизабет уже знала о недавней встрече Вильмы с родной матерью. Вильма сама ей рассказала, закончив свой рассказ словами:
– Хорошо, что я познакомилась с ней уже, будучи взрослой! Случись эта наша встреча в детстве, я бы на всю жизнь получила комплекс неполноценности.
Выходит, что Вильма всё-таки ждала её, Элизабет.
– Вот, возьмите перчатки и маску! – протянула уже перед дверью медсестра.
"
"Вильма лежала на кровати с закрытыми глазами и на боку, казалось, девушка спала.
– Мы сделали ей успокоительный укол. От эпидуральной анестезии она наотрез отказалась! – пояснила шепотом медсестра, что привела Элизабет.
Элизабет шагнула к Вильме и погладила её по безвольно висящей кисти.
– Привет, девочка моя!
– Вы приехали! – прошептала Вильма и из её глаз вдруг полились слезы.
– Тшш, девочка моя! Конечно, я ведь обещала! Ну, что ты! Не надо плакать! Я здесь, – ворковала Элизабет, вытерла слезы из глаз Вильмы и, погладив её по голове, наклонилась и чмокнула Вильму в лоб – и буду здесь, с тобой, пока всё не закончится.
Хочешь поспать или готова рожать?
– Голова очень болит и поясница, – пожаловалась Вильма.
Элизабет тут же обошла кровать и, встав за спиной девушки, принялась массировать ей поясницу.
– Так легче?
– Да, спасибо, – Вильма даже слабо улыбнулась и повторила:
– Вы приехали.
– Родовая активность слабая.
Мы сейчас послушаем и посмотрим малыша, если возникнет угроза его жизни, будем делать кесарево сечение, – последние слова врач то ли спросила у Элизабет, то ли поставила перед фактом.
– Хорошо.
– И ещё, у Вильмы очень высокое давление. В её положении – это опасно. Мы пытаемся снизить давление до родов.
– Элизабет, помните, что Эрик важнее! – опять слабо улыбнулась Вильма и погладила свой живот. Элизабет не успела ничего ответить девушке, Вильма потеряла сознание.
