А вдруг её муж посвящён в планы Кондрата, если он на самом деле ищет Пояс?!
– Господи боже мой, – пробормотала Тонечка, насмерть испугавшись этой мысли. – Не может быть!
…Нужно увозить детей, уезжать самой, нужно как-то помочь Лене выбраться!..
Её отца хоронили в закрытом гробу, потому что по-другому было нельзя. Так его пытали!..
А что будет с Леной, если её тоже станут пытать?..
Тонечка ускорила шаг. Её лихорадило.
На кого опереться, когда нет опоры? Кого позвать на помощь, когда некого звать? Как справиться самой, если понятно, что не справиться?.
.
– Эй! – закричали откуда-то сбоку. – Эй, стой! То есть Тоня!
Тонечка от неожиданности и со страху припустилась бегом. Сумка хлопала её по боку, ноги стали как из песка – подгибались и казались тяжелыми, не поднять!
Но она спасалась, бежала – изо всех сил.
– Тонь, – спросил рядом задыхающийся голос. – А куда мы бежим?
Тонечка остановилась, и Родион остановился тоже.
– Ты чего помчалась? – спросил он.
Тонечка наклонилась вперёд и упёрлась ладонями в колени.
И немного подышала открытым ртом.
– Откуда ты взялся? – спросила она наконец. – А?! Я вам где велела быть?! В музее! Что ты шляешься?!
Родион опешил.
– Я не шляюсь, – начал он осторожно. – Я как раз из музея иду. Из кремля! Ребята пошли какой-то дедушкин дом смотреть, а я сказал, что лучше картины посмотрю. Ты же разрешила!
– Разрешила, – несколько непоследовательно согласилась Тонечка.
– Мы договорились, что из музея я к ним приду, в «дом причта».
Ну, чтоб тебя ждать. Я иду, а тут ты. Ну, я за тобой. Потом ты побежала, и я тоже побежал.
– Ты меня напугал, – призналась Тонечка.
– А ты где была? У собак?
– У тебя одни собаки на уме, – в сердцах сказала она. – Собаки и картины!
… А что, это неплохое сочетание, особенно для семнадцатилетнего подростка, пронеслось у неё в голове.
– Мы ужинать будем?
– Ну, конечно, будем, Родион. Не сидеть же нам голодными!..
– Я бы поел, а потом порисовал, – признался он. – Вот как он такую картину нарисовал, а? Я понять не могу.
– Кто?
– Художник! – Родион сделал неопределённый жест рукой. – Который про Козьму Минина.
– А! Маковский.
– Да, Маяковский.
– Маковский, – поправила Тонечка. – Ты серый человек вроде моей Насти.
– Нет, он со стремянки, что ли, рисовал? Как ты думаешь?
– Я точно не знаю, но наверняка есть какая-то техника. Тебе в художественное училище надо.
– А может, здесь есть художественное образование? В Нижнем Новгороде?..
