Родион подумал – что это они всё обедают! Обед когда-а-а был, да и ужин уже скоро закончится!..
Тонечка попросила чаю с марокканской мятой, чтоб скрасить ожидание еды, и велела Родиону рассказать, за что его били гопники.
Родион промямлил, что били за то, что он вроде бы что-то утащил из дядькиного дома, требовали это вернуть.
– Главное, я не знаю, чего им надо-то, – с тоской проговорил он. – Я не брал ничего, вот клянусь!.. А они говорят – верни или того… замочим. Я бы вернул, если б знал, чего возвращать-то!
– Ты понимаешь, о чём идёт речь? – спросила Тонечка у мужа.
– Что им нужно?..
Герман пожал плечами и спросил:
– Кому ты должен вернуть и когда?
– Не знаю! Вы же их… разогнали. Ещё до того, как бить начали, говорили, что сроку неделя. Только я всё равно не знаю, что возвращать!
Тонечка держалась изо всех сил, чтобы не спросить про Пояс Ориона!
Впрочем, однажды она уже спросила, и муж сказал, что это звёзды!..
– Вскоре всё выяснится, – непонятно о чём сказал Герман.
– Тоня, ты всё же постарайся… не увлекаться расследованием.
– Я не могу, – буркнула Тонечка. – Я уже увлеклась.
Тут он взял её за руку и посмотрел в глаза.
– Это опасно, – сказал он негромко. – Ты не понимаешь, а я понимаю.
– Саша, я не какая-то дура из фильма! – Тонечка выдернула руку. – Или поговори со мной по-человечески, или отстань от меня!
Он ещё посмотрел ей в глаза, а потом покачал головой:
– Я не могу ни того, ни другого.
– Значит, я доведу дело до конца.
И они замолчали, недовольные друг другом.
Родион думал, как бы это нарисовать – не сердитых людей, а именно недовольство, которое повисло между ними, как грязное кухонное полотенце!
– Ты разговаривал с Мишаковым? Когда он освободит Кондрата?
– Я не знаю.
– А вдруг он на самом деле убил свою жену? – спросила Тонечка. – Но обставил всё так, чтоб мы решили, что это инсценировка!
– Для меня это слишком мудрёные умозаключения, – упирался Герман. – И я сто раз тебе говорил, что Кондрат не мог её убить.
По определению. Солнце не может взойти на западе. Кондрат не мог убить жену.
– Ты говорил, что сто лет его не видел!
– Не видел.
– Может, он за эти сто лет изменился! А ты не в курсе!
Родион, который лихорадочно придумывал, чем бы отвлечь их от ссоры, вдруг ткнул пальцем в работающий телевизор.
– А мне такую штуку делали! Вон как той тётке!..
Взрослые тотчас замолчали и уставились в экран.
