Блин, какая у него улыбка!!! Обалдеть! Кто-нибудь уведите меня отсюда, пока я не натворила глупостей.
Однако, уводить меня никто не собирается. Аня смеется, не сводя сияющих глаз с Измайлова, до меня ей вообще никакого дела нет. Предательница!
— Не рановато ли с такими пожеланиями? — уточняет, по-прежнему улыбаясь, — Мне всего двадцать шесть. Мужчина в самом рассвете сил.
— Нормально, — ворчу, отводя взгляд в сторону, — здоровье еще никому лишним не было.
Весь мой внутренний мир сводится к одному. К грохоту собственного сердца.
Кажется, оно бьется в горле, душит, не давая нормально дышать. Нервно облизываю пересохшие губы. С каждой секундой все хуже. Что-то внутри меня тянется к этому человеку, не взирая на доводы разума.
Снова взгляд притягивается к нему. Скольжу по горловине белой футболки, открывающей крепкую загорелую шею. По просматривающимся сквозь ткань рельефам груди. Ловлю себя на мысли, что хочу прикоснуться к нему.
Надо уходить. Мне не хватает воздуха.
— Злата, — слышу его голос.
Он обволакивает, проникая под кожу. Выдыхаю и смотрю в глаза. Темные, с густыми ресницами. Красивый. Он манит пальцем, призывая, склонится ближе, — иди-ка сюда, я тебе кое-что скажу.
Как зачарованная наклоняюсь в его сторону, хотя знаю, что не следует этого делать.
***Легким движением отводит в сторону прядь волос, почти невесомо касаясь шеи. Тут же толпа безумных мурашек несется по груди. Дергаюсь, пытаясь, отстранится, но в тот же Краев зарывается всей пятерней в волосы и притягивает к себе.
— Любишь играть в гляделки? — чуть хриплый шепот, от которого внутри все сладко обрывается.
— Отпусти, на нас смотрят.
— Никто не смотрит, расслабься, — снова шепот, перекручивающий все в груди.
— Миш! — шиплю, — не забывайся!
— Мне нравится, как ты произносишь мое имя, — чувствую, что улыбается, и хочется улыбнуться в ответ.
Да, что со мной такое? Я его первый раз в жизни вижу!
Обхватываю пальцами крепкое запястье, и тяну его руку от себя. Он не сопротивляется, отпускает.
И в тот же миг моя внутренняя, неизвестно откуда появившаяся озабоченная кошка, начинает активно протестовать, требуя вернуть будоражащие кровь прикосновения.
Сажусь ровно, поправляю волосы, пытаясь справиться с дыханием и сердцебиением.
Краев смотрит на меня, не отрываясь. Скользит взглядом по губам, спускается вниз, по шее.
— Прекрати!
— Я ничего не делаю, — разводит руками.
— Прекрати на меня так смотреть! — сердито шепчу, опасаясь, что услышат остальные.
