— Хорошо, тогда может…
Михаил не дослушивает, подрывается с места и идет к парням, которые так не вовремя вспомнили о его существовании и позвали к себе.
Я снова одна. И мне с каждым мигом все страшнее.
Я пытаюсь расслабиться и отдохнуть. Общаюсь с девочками, даже вроде смеюсь, усердно делая вид, что все в порядке. Только колет внутри, когда раздается мелодия любимого медляка, под которую мы с Краевым так любили танцевать, а он никак не реагирует. Даже не поворачивает головы в мою сторону.
Он веселится. Только веселье это какое-то злое и агрессивное.
А еще пьяное. Он то и дело прикладывается к стакану, а я с ужасом думаю, во что это может вылиться.
Остальные ничего не замечают. Они тоже веселые и пьяные. Тот же Миронов спустя час успевает так накидаться, что готов петь песни и танцевать на столе. Придурок! А завтра будет снова ныть, что у него похмелье. Мне плевать, пусть хоть обноется, лишь бы сегодня не приближался к Мише, иначе точно рванет.
Но все выходит еще хуже.
Он приближается не к Мише, а ко мне.
— Златка, привет. Что одна сидишь грустишь? — плюхается рядом со мной на диван.
Черт, вали отсюда! А еще лучше сама уйду.
Хочу встать, но понимаю, что уже бесполезно. Краев нас заметил и теперь, не торопясь, подходит ближе. Слава Богу, не один. Рядом с ним Измайлов и еще трое парней.
Под его взглядом, вместо того чтобы вскочить, я, наоборот, вжимаюсь в спинку и не могу даже рукой пошевелить. А Миронов ничего не замечает и продолжает беспечно болтать:
— Молодцы они, да? — кивает на виновников торжества.
— Молодцы.
— Я сколько их помню, все друг вокруг друга крутились. Вокруг да около, — крутит пальцем в воздухе, — крутились…вокруг…
— Я поняла, — меня не хило так потряхивает.
Я боюсь, что Краев устроит мордобой, но вместо этого он усаживается напротив нас. На губах — ленивая полуулыбка, по глазам ничего не прочитать.
— Красавцы, да? — Коля тут же обращается к нему, не догадываясь, что стоит на самом краю. Еще чуть-чуть и рванет.
— Однозначно. Даже завидно.
— А тебе-то чего завидовать? — глупо улыбается Миронов, — ты у нас счастливчик.
У тебя Злата есть.
— Угу, — хмыкает Краев, игнорируя мое присутствие."
"— Она вообще сокровище! — пьяный Коля обнимает меня за плечи, не понимая, что подписывает мне приговор. А у меня паралич, я чувствую себя так, будто еще миг и сорвусь со скалы, и никто меня не спасет, — и умница, и красавица. С ней хоть на войну, хоть под венец.
Самые ненужные и несвоевременные комплименты в моей жизни.
