Я боюсь не его, а того внезапно вспыхнувшего ощущения, что мы балансируем на самом краю пропасти.
— И когда ты собиралась мне сказать?
— Сказать что?
— Не притворяйся глупой, тебе не идет. Я знаю, что вы с твоим дорогим Колей ехали вдвоем в купе.
Да е-мое. Опять этот Коля. Как меня все задолбало.
— Снова твоя сука Любочка настучала? — рычу, и по тому, как нервно дергается у нег щека, понимаю, что попала в точку. Это дело рук Тимофеевой.
Наверное, услышала, как мы ругались из-за Миронова и решила дальше бить по больному, чтобы нас поссорить.
И, кажется, в этот раз у нее получилось…
— Какая разница кто настучал? Главное, что ты сама — смолчала.
— Да потому что рассказывать нечего. Да, нам достались билеты в одном купе. И что такого? Миронов только пару раз заходил, а все остальное время проводил со своей компанией.
С ужасающей ясностью понимаю, что Краев мне не верит. В последнее время один некрасивый эпизод накладывался на другой, отъедая лимит доверия, и сейчас он закончился.
— Да ты что, — ухмыляется, — у меня другая информация.
Он отлучался и не раз, причем надолго. Не знаешь куда?
— Понятия не имею! Может, курил, может, с кем по телефону разговаривал, может, в вагон-ресторан ходил. Я за ним не следила.
— Конечно. Зачем следить, когда он и так летит к тебе на крыльях любви, стоит тебе только пальцами щелкнуть.
— Миша, какие крылья? Какая любовь? Ты о чем вообще? — мне едва удается говорить спокойно, — мы были просто попутчиками. Он даже ночевал где-то в другом месте.
— Опять врешь? На ночь он уходил к себе? Или, вернее сказать, к тебе?
— Да не вру я! — все-таки срываюсь на крик, — а вот твоя драгоценная Любочка, давно мечтает снова к тебе в штаны забраться! Вот и гадит изо всех сил.
— Надо же, какой удобный отмаз. Свалить все на мою бывшую. Дескать это она тварь, а ты белая и пушистая и вообще не при чем.
— Я не поняла, ты на ее стороне что ли?
— В который раз ты говоришь, что на тебя наговаривают, что это просто совпадения? И снова открываются пикантные подробности.
Причем с каждым разом все более интересные."
"— Я еще раз повторяю. Миронова в купе практически никогда не было. Он заходил только чтобы взять что-то из своих вещей. Все! Никакого криминала и повода для подозрений.
— Твое вранье — вот главный повод для подозрений.
— Чем на меня орать, лучше бы Тимофееву заткнул, чтобы не лезла к нам!
— А в чем она не права?
— Да во всем!
— Вы попали в одно купе?
— Да, но…
— Ты соврала об этом?
— Нет! Просто не сказала.
