Вкус победы надо познать щенком. Тогда вырастешь настоящим бойцом. По пути нам попалась ладья из Чернигова, с которой сообщили, что враги осадили столицу княжества. Пришлось менять маршрут движения. Поскольку Черниговская дорога проходила мимо Сосновца, там и высадились, чтобы соединиться с конницей. Она отставала примерно на день, потому что плыть вниз по течению легче и быстрее. Стоял город на реке Убедь, притоке Десны, километрах в пяти от впадения в нее, на высоком правом берегу. Точнее, там остались только полуразрушенные, деревянные, городские стены и пепелище на месте домов и церквей.
Судя по разрушениям, над стенами поработали большие метательные машины. Сохранилось всего несколько дворов на северо-восточной окраине. Наверное, с той стороны дул ветер, когда захватчики подожгли ограбленный город. На пепелище уже стучали топоры. Оставшиеся в живых сосновчане строили дома, чтобы на зиму не остаться без крыши над головой. Русские привычны к пожарам. Деревянный дом возводят за несколько дней и не шибко жалеют его.
Было бы кому отстраивать. На потравленных полях вокруг города бродили крестьяне, жали редкие сохранившиеся колосья. Прошлое лето было сырое, урожай не задался. В этом году погода благоприятствовала озимым, но теперь помешала война. Два плохих года — это стремительный рост цен на хлеб. Кому-то — беда, а моим крестьянам, которых война не затронула, — дополнительный доход.
Ладьи мы оставили с небольшой охраной возле Сосновца, а сами пошли к осажденному Чернигову по дороге, разбитой прошедшей недавно армией.
На несколько километров по обе стороны от дороги города и деревни были сожжены, а поля и огороды вытоптаны. Хотел сказать, что здесь будто Мамай прошел, но до татарских налетов еще далеко. Это натворили свои, русские. Понятия «враг» и «друг» пока не имеют ни национального, ни религиозного окраса. Возле сожженного Сновска переправились на правый берег реки Сновь и прошли дальше на запад, чтобы оказаться севернее Чернигова.
Галичане и киевляне знают, что где-то на юге новгород-северская армия. С той стороны и будут ждать нападение."
"Обосновались лагерем возле деревни Кукино, которая принадлежала боярину Куке, сидевшему сейчас в осаде в Чернигове. До этой деревни еще не добрались захватчики, но крестьяне уже подготовились к нападению: весь скот, птица и зерно нового урожая были спрятаны в лесу. В деревне остались только старики и старухи да собаки и кошки.
