Ему надо оснащать армию, стремительно разраставшуюся. Тряпки и прочую ерунду загнали адрианопольским купцам, которые появились на следующее после битвы утро. До Адрианополя всего полдня пути. Купцы тоже считались эпирцами, что абсолютно не мешало им торговать с болгарами. Себе я оставил только самое лучшее, что сможем перевезти на судне и кибитках домой. В том числе и две сотни боевых коней, которые пойдут своим ходом и повезут в тюках часть добычи. Всё это было доставлено в Созополь, где будет дожидаться нас под охраной отряда из пятидесяти арбалетчиков.
Слишком много там стало ценностей. Как бы не привели в искушение такие слабые души созопольцев.
Получили обещанное и латиняне. Я теперь для них самый важный человек в болгарской армии. Кто-то просветил их, что я был автором этой дерзкой атаки. К тому же, они были уверены, что я — бывший наемник, которому с помощью меча удалось подняться высоко. С такой мечтой идет по жизни каждый наемник. К тому же, я был родственником известного им Жоффруа де Виллардуэна-младшего, князя Ахейского.
От наемников узнал, что мой тесть умер в прошлом году. Для Алики отец будет живым, пока я не вернусь домой.
Часть отпущенных пленников, около пяти сотен, сразу попросились на службу к царю Ивану. Среди них был и наш старый знакомый Алексей Тарханиот.
— Мне показалось, что ты в прошлый раз понял, что лучше не нападать на Болгарию, — поддел я ромея.
— Я и не нападал. Мне приказали привести пополнение. Собирался утром уйти в Адрианополь.
Вы помешали, — рассказал он, кривя губы в виноватой улыбке.
Врет, конечно. Наверное, Феодор Ангел вернул ему имение, отнятое латинянами, за что потребовал отслужить. Поскольку у Ивана Асеня после победы появились грандиозные планы, для осуществления которых требовалась большая армия, Алексей Тарханиот был принят на службу командиром этих пяти сотен, большинство из которых составляли славяне. В итоге под знаменами болгарского царя собралось около восьми тысяч человек.
С этим войском мы и двинулись к Адрианополю, который считался первым ключом к Константинополю. Вторым была крепость Цурул.
Во время перехода к городу Алексей Тарханиот пожаловался нам с царем Иваном:
— Феодор вел себя с нами, как с врагами. Его солдаты отбирали все, что понравилось, а деспот не слушал наши жалобы. За это господь и покарал его.
В плане набожности ромей не уступал царю. Они любили подолгу вести теологические дискуссии.
