— Поменял я кое-какие законы и обычаи по твоему совету. Запретил своим боярам собирать пошлины за проезд по их землям. Двоих пришлось сделать короче на голову, потому что не хотели расставаться с жирным доходом. Многие до сих пор в обиде на меня, но помалкивают, — рассказал царь Болгарии и похвастался: —Теперь у меня есть своя профессиональная армия. Уже полтысячи всадников и около трех тысяч пехоты. Это не считая ополчения.
— Лучше его и не считать, — посоветовал я. — Оно хорошо только в роковой момент, когда решается судьба всего царства.
Во всех остальных случаях они плохие вояки.
— Это я знаю, — согласился Иван Асень. — Сейчас набираю еще полторы тысячи копейщиков и пять сотен лучников. Во всех городах перед посевной провел состязания с большими призами по стрельбе из лука и самых лучших завербовал, — сообщил он и добавил со смешком: — Не все, правда, обрадовались такому счастью. — И объяснил причину своего поступка: — Где по-другому взять хороших стрелков?! Лучника не обучишь быстро, надо несколько лет натаскивать.
Эти будут не самыми надежными воинами, но в рукопашную им не ходить, стойкими быть не обязательно.
Я согласился с ним. Сам столько уже времени учусь стрелять из лука, и наставники у меня хорошие, а пока нет того автоматизма и точности, с каким бью из арбалета или орудую саблей.
— Как продвигается дело с замужеством твоей дочери? — спросил я.
— Пока никак. Папа вроде бы не против. Он не сказал «нет», — ответил Иван Асень.
— В политике слова «нет» не существует.
Его заменяют словами «может быть», — подсказал я."
"— Примерно так мне и отвечают, — признался царь Иван. — Подождем еще. На них напирают Иоанн Ватацес и Феодор Ангел. Последний уже вышел к берегу нашего моря севернее Визы и захватил Адрианополь, выгнав оттуда войска Ватацеса. Сейчас готовится к осаде Константинополя.
— А хватит у тебя сил воевать с Ангелом? — поинтересовался я.
— Я не собираюсь с ним воевать, — отмахнулся Иван Асень. — Мы с ним друзья и союзники, договор подписали.
Кто первым из нас захватит Константинополь, тот и будет в нем править.
— У ромеев нет друзей и союзников, есть только попутчики. Как только ты захватишь их столицу, сразу превратишься во врага и Феодора Ангела, и Иоанна Ватацеса, — напомнил я.
— Я так не думаю, — самоуверенно заявил царь Болгарии. — Подождем решения латинян. Исходя из него и будем действовать.
Полторы недели мы пировали, охотились и тренировали войска.
