Тяжелые свинцовые шарики, разогнанные пороховым дымом, легко пробивали мышцы, защищенные только чулками и парусиновыми штанами, ломали кости, рвали сухожилия, превращали в месиво живую плоть. Андрей еще не успел увидеть вражеских лиц – а половина пиратов из штурмового отряда уже каталась по палубе каравеллы, вопя от боли. Мостик наглухо заволокло белым дымом. Зверев схватил вторую пищаль, пальнул из нее вперед, где по переднему мостику бандиты бежали на выставившего рогатину Юрия Семеновича. Картечь, словно ладошка великана, смахнула четверых пиратов.
Самых опасных, в кирасах."
"Теперь настало время думать о себе: Зверев бросил бесполезный ствол, сцапал длинным хватом бердыш, рубанул дым перед собой – тоже понизу. Оружие пару раз дрогнуло: похоже, кого-то зацепило. Стук, недовольная ругань – из дыма наконец выскочил бородач в кирасе, в испанском широкополом шлеме, с длинным прямым мячом, и тут же сделал выпад. Андрей поставленным вертикально бердышом отвел удар в сторону, подтоком пробил его ступню, заставив вскрикнуть и на миг потерять внимание, обратным движением резанул поперек лица.
Новый спрыгнувший противник оказался бездоспешным – Зверев принял его клинок на бердыш, останавливая, сделал шаг назад, уходя из зоны досягаемости короткого оружия, и прямым уколом пронзил грудь.
Свежий морской ветерок развеял дым, и стало видно, что через мостик рвется не так уж много народа: человек пять, не больше. Причем все – бездоспешные.
Тех, чью грудь прикрывали кирасы и кто шел в первых рядах, защитники ушкуя уже выбили – спасибо пищалям.
Андрей довольно захохотал:
– Бей спиногрызов! – и ринулся вперед.
Пират попытался ударить его в грудь – широкий стальной полумесяц легко отбил удар. Андрей сделал шаг навстречу, нанося удар подтоком в солнечное плетение, и тут же широким взмахом пропорол бок идущему следом, в полусажени, бандиту, еще не ожидавшему нападения. Отпихнул первого:
– Звияга, добей!
Зверев прыгнул на мостик, оказавшись лицом к лицу с каким-то бородачом, прижал бердыш к его животу, рванул в сторону.
Тот выпучил глаза, осел, роняя оружие. Прорезать толстую, почти двухмиллиметровую сталь байданы мечу оказалось не по силам. Выпад двумя руками вперед – пират оказался шустрым, пригнулся, выпростал вперед широкий клинок. Андрей повернулся боком, инстинктивно втягивая живот, и удар прошел вскользь, только звякнуло железо по железу.
