Андрея даже кольнула иголочка ревности – но тут его внимание отвлек долговязый Федор Друцкий:
– Ну, здравствуй, сосед! Глянь, как Господь с нами шутит. О прошлый раз ты боярином был, а я княжичем. Ныне же я княжич, а ты ужо князь. И каково тебе в новом звании?
– Звание красивое, а башка прежняя, – схватил его за руку Зверев. – Покажи мне тут тихий теплый уголок, пока ваше угощение по мозгам не ударило. А то я, почитай, в одно горло все выпил.
– А чего же ты так…
– Тебе папа потом объяснит. А сейчас отведи меня куда надо.
Не хочу у всех на глазах в ногах запутаться.
– Ну, ладно… – пожал плечами Федор, – пойдем.
Он поднялся на крыльцо. Андрей поторопился следом, чувствуя уже шум в ушах и легкую слабость в конечностях. Они прошли на второй этаж, миновали короткий коридорчик и оказались в просторной светелке, сплошь выстеленной теплыми и мягкими персидскими коврами.
– Вот, сестра здесь всегда останавливалась. Мыслю, и ныне отец здесь вас разместит.
– Да, хитер у тебя папочка… – Андрей позволил себе немного расслабиться, и его тут же повело к стене.
Он бухнулся на сундук, начал стягивать сапоги. – Ты знаешь, каково оно, имение княжеское, Сакульское?
– Отец сказывал, – спокойно кивнул княжич. – Там вроде двадцать дворов всего, да и те без мужиков. Говорил, по-первости, вестимо, придется подмогнуть вам с Полиной, полста воинов вместо вас выставлять. Года три-четыре поможем, а там видно будет. Либо поднимешься, либо не будет с тебя вовсе никакого прока."
"– С меня? – Зверев нахмурился, пытаясь осознать услышанное, но в хмельной голове одна мысль никак не хотела попадать в другую.
Вроде князь Друцкий его и вправду дурить не собирался, а вроде и обозвал нехорошо. – От меня сейчас проку нет. Извини… – Он расстегнул крючки ферязи, кинул ее в угол, а сам повалился в другую сторону: – Хорошо тут у вас. И кровать искать не нужно.
– Понятно, – услышал он над головой, – на охоту ты сегодня не поедешь…
* * *В себя он пришел от холодного влажного прикосновения ко лбу.
Андрей разлепил глаза и увидел пухлое румяное личико своей благоверной.
– Проснулся, ладный мой? – На крохотных пухлых губках появилась радостная улыбка. – Дядюшка мой все беспокоится, выйдешь ли к пиру. Уж и не рад шутке своей. Мыслил, токмо приятнее вино в мороз гостям будет. Ан вон оно как получилось.
– Пир? – изумился Зверев. – А разве я его не проспал?
– Нет, Андрюшенька, то всего лишь обед был. А пир в твою честь князь вечером затеял.
