Чтобы так все вместе слитно организовать, увязать с оружием иным, с конницей – это немалый опыт иметь надобно…
Что мог ответить ему Андрей? Посоветовать воспользоваться Интернетом, где все вопросы тактики и стратегии разных видов войск в разные времена обсасывалось многократно самыми разными специалистами и любителями? Почитать военно-исторические книги, где так же не раз анализировалось, кто, когда и как правильно действовал, а кто – нет. В этом мире, кроме Плиния Старшего да Плутарха, никто и ничего, похоже, не читал.
Не считая псалтыря, естественно.
– Большей частью случайно получилось, – пожал плечами Зверев. – Я же ведь избы хотел сделать, а не просто щиты. Ну а потом хорошенько обдумал, что получилось, как использовать можно.
– Случайно, сказываешь? – Князь хмыкнул. – Что же, случайно и впрямь немало поразительного по Божьему попущению случается. Тут главное не откреститься, а заметить подсказку, что ангелы-хранители посылают. Ты чего?
Звереву опять померещился совсем рядом тихий женский смешок.
Неужто кикиморы в доме княжеском балуют?[43] Вот он и насторожился.
– Да вот думаю, курагу лучше взять или сливу?
– Сливу, конечно. Кураги и зимой наешься…
Себе Воротынский выбрал наливное яблоко и так смачно, брызнув в стороны соком, впился в его глянцевый бок, что у Андрея даже слюнки потекли. А хозяин снова поднял кубок:
– Давай еще раз за тебя, боярин юный и разумный не по годам. Далеко пойдешь, Андрей Лисьин, коли не отравят.
– Я постараюсь, – благодарно кивнул Зверев.
В голове уже шумело, хотелось сотворить что-нибудь великое и радостное, соответствующее событию. Но ничего подходящего в голову не приходило.
– Бердыш свой ты тоже долгими размышлениями придумал? – ласково поинтересовался Воротынский. – Сковали мне по памяти десяток таких для холопов, поигрался я ими. И впрямь штука ладная, удобная. И как саблей рубить можно, и как рогатиной колоть, и как ножом резаться, и как щитом прикрываться. Кабы не столь велик получался, истинно заместо сабли бы носил! Сказывай, как додумался до штуки такой?
– Не додумался, – честно признался Зверев.
– Мне чужой славы не надо. Гуляй-город я выдумал, а бердыш уже готовым увидел и опосля у кузнеца истребовал.
– Вот как? И где же ты такое диво дивное углядел?
– Я? – Зверев поперхнулся, сообразив, что спьяну сболтнул лишнего. – Где увидел?
– Да.
– Я… Я бы рассказал, княже, да ведь не поверишь. Истинно не поверишь.
– Отчего же, – развел руками Михаил Иванович.
