– И-и-и… Фитили у нас есть?
– Вроде как нет. Но скрутить можно, коли ваты из тегиляя старого надергать. А зачем тебе, новик?
– Хочу поставить маленький эксперимент… Без тебя не обойтись, одному мне всего не унести. Еще мне нужен маленький стаканчик. Размером с большой палец руки. Сухой. Лучше из бересты. Есть?
– Коли нужда такая – сейчас сделаю. Токмо лубок с полена березового обдеру у амбара…
* * *"
"Местом для проверки стволов Андрей выбрал невысокий обрыв на Окнице. И от усадьбы достаточно далеко, и укрыться где есть.
Вдвоем с дядькой они дотащили тяжелые железные шестигранники, кинули в снег над рекой. Железки сразу ушли под своим весом до земли, на глубину полуметра, и это тоже было удобно – здесь, в толще сугроба, ветер не мог задуть слабый огонь лучины.
– Я думаю, на такой калибр черного пороха нужно мерки четыре, – вслух прикинул Зверев, развязывая мешочек с порохом. – Значит, для проверки насыплем шесть. Если выдержит, то потом за ружья можно уже не бояться.
Поставив первый ствол на попа, новик насыпал внутрь заряд, взял у Пахома кожаные кружки, нарезанные тем из свиной шкуры по размерам дырки, запихнул внутрь сразу десяток.
Шомполом послужила ивовая ветка, сломанная по дороге. Что утрамбовывать нужно хорошо, Зверев знал, но как это – «хорошо», мог только гадать, а потому вколачивал пыж минут десять. Потом положил железку набок, запальным отверстием вверх, осторожно, двумя пальцами, насыпал в дырочку немножко пороховых зернышек.
«Надо емкость сделать с острым носиком, типа масленки», – щелкнуло в голове.
А пока он просто положил поперек отверстия лучину, прижал ее более толстой щепой:
– Давай, поджигай.
Пахом присел чуть в стороне, высек искру, раздул трут, запалил лучинку. Андрей взял ее, подпалил ту, что лежала на стволе, и шепотом приказал:
– Тикаем…
Они отбежали, спрыгнули на лед, затаились под покрытым мелкими трещинками обрывом.
– Откуда ты знаешь все это, новик? – тихо поинтересовался Белый. – Я ведь тебя этому не учил. Сам токмо раз под Тулой видел, как пушки бьют.
– Если скажу, не поверишь, Пахом, – предупредил Андрей.
– Поверю, новик. Обязательно поверю.
– А знаю я это, Пахом, потому, потому что… – Зверев открыл рот, закрыл, снова открыл и решительно закончил: – Меня в Себеже пушкарь научил.
Б-бабах! – от невероятного грохота мгновенно заложило уши, на головы посыпался снег. Экспериментаторы чуток выждали, побежали наверх.
Ствол остался целым! Вот только отлетел метра на три.
