Составить зелье, найти нужные заклинания, определить порядок обряда. Поперва опробовать на куклах бездушных. Дней десять, мыслю, уйдет. А может, и более. Али менее.
– Так сколько? Когда ты вернешь меня домой?
– Ты заходи, отрок, – пригласил Андрея колдун. – Заходи. Как готов буду, узнаешь.
– Ладно, старик, – кивнул новик. – Зайду. Дней через пять. До того времени управишься?
– Заходи. Там видно будет.
Зверев опять кивнул и направился к лестнице. Когда он миновал идолов, Лютобор неожиданно окликнул:
– Так и уйдешь, смертный? Нешто попросить ничего у волхва вещего не хочешь?
– Ты меня домой отправь, колдун, – отмахнулся новик.
– Остальное я и сам как-нибудь добуду.
– Так и не надо тебе ничего? Ни серебра казну не хочешь, ни любви девицы красной, ни силы великой? А хочешь властью одарю?
– Душу не продаю, колдун.
– А разве я у тебя душу прошу, чадо неразумное? Я ведь и так, по доброте своей одарить могу.
– Бесплатный сыр бывает только в мышеловке.
– Это верно, – как-то странно закудахтал старик. – Но ведь я тебе не сыр предлагаю. Ты, вижу, воин, отрок. А хочешь, оружие твое заговорю так, что никому в руки даваться не станет – резаться будет, колоться, не слушаться. А к тебе, коли что, само возвернется?
– Так не бывает, – замедлил шаг Андрей.
– Прямо счас заговорю. Ты и убедишься.
– А взамен чего спросишь?
– Крови несколько капель спрошу. И то не себе. Для заговора. На тебя оружие заговаривать – от тебя и кровь нужна.
– За что же милость такая, колдун?
– Как же, чадо? Обиду, вижу, на меня держишь. Вот немного и откуплюсь.
– Долго это? – В душе Андрея боролись любопытство и недоверие. Да и предложение показалось заманчивым. Кто же откажется от «ручного» оружия?
– Что ты, чадо, дело несложное. Легко управлюсь. Токмо и ты не забывай: не колдун я. Волхв Сварога Великого, праотца всех людей русских. И именем Лютобора наречен. – Старик поднялся из-за стола, прошелся вдоль стены, постукивая пальцами по расставленным по углублениям кувшинам.
Снял один, другой. – Иди сюда.
Андрей повел плечами. Спустился обратно, в логово чародея. Любопытство взяло верх над всеми прочими чувствами. При настоящем колдовстве он не присутствовал еще никогда.
– Воска пчелиного для огня, – негромко начал перечислять волхв, – жира медвежьего для силы, сала человеческого…
– Человеческого сала?! – вздрогнул Зверев.
– Его самого.
