«Во-вторых, мой брат не умрет – и, конечно же, не в этом месте. Его труп оказал бы твоему учреждению гораздо большую честь, чем любая живая душа, когда-либо побывавшая здесь. А если он на самом деле умрет, ты можешь быть уверен в том, что вина падет на тебя».
«Но я не сделал ничего плохого, миледи!» – взмолился бармен. – «Тот же самый эль я подавал всем остальным!»
«Должно быть, кто-то подсыпал в него яд», – добавил Акорт.
«Это мог быть кто угодно», – сказал Фальтон.
Гвен медленно опустила кинжал.
«Отведите меня к нему.
Немедленно!» – приказала она.
На этот раз бармен смиренно опустил голову и, развернувшись, поспешил выйти через боковую дверь за баром. Гвен следовала за ним по пятам. Акорт и Фальтон присоединились к ней.
Гвен вошла в небольшую заднюю комнату таверны и услышала собственный вздох, когда она увидела своего брата Годфри, лежащего навзничь на полу. Он был таким бледным, каким девушка его еще не видела. Казалось, что Годфри висел на волоске от смерти. Все было правдой.
Гвен бросилась к брату и, схватив его руку, почувствовала, насколько холодной и влажной она была.
Он не ответил, его голова лежала на полу. Он был небрит, его жирные волосы спадали на лоб. Но в следующую минуту Гвен нащупала его пульс – пусть слабый, но все-таки пульс. Кроме того, она увидела, как с каждым вздохом поднимается его грудь. Годфри был жив.
Гвендолин ощутила внезапный прилив ярости.
«Как вы могли оставить его здесь в таком положении?» – закричала она, обернувшись к бармену. – «Моего брата, члена королевской семьи, оставили лежать на полу одного, как пса, в то время как он умирает?»
Бармен нервно сглотнул.
«А что еще я должен был сделать, миледи?» – неуверенно произнес он. – «Это не больница. Все говорили, что он практически мертв и…»
«Он не мертв!» – крикнула Гвен. – «А вы оба», – сказала она, обернувшись к Акорту и Фальтону. – «Что вы за друзья? Оставил бы он вас так?»
Акорт и Фальтон обменялись кроткими взглядами.
«Простите меня», – сказал Акорт. – «Прошлой ночью приходил врач.
Осмотрев Годфри, он сообщил, что Ваш брат умирает, и у нас не было времени забрать его. Я не думал, что что-либо можно сделать».
«Мы оставались с ним почти всю ночь, миледи», – добавил Фальтон. – «Мы сделали лишь небольшой перерыв, чтобы выпить и заглушить нашу печаль, а потом пришли сюда и…»
Гвен подняла руку и в ярости выбила кружки из рук обоих, отчего те упали на пол, повсюду расплескивая жидкость. Они ошарашено посмотрели на нее.
