Толпа удовлетворенно закричала, когда тела начали болтаться в воздухе.
Люди в толпе начали расходиться в возбужденном ажиотаже.
«Меч Судьбы украден», – прошептал О’Коннор.
«Это немыслимо», – сказал Элден.
«Щит пал», – произнес Конвал.
«Мы беззащитны», – добавил Конвен.
Кольк, Бром и другие мужчины собрались теснее возле Тора, Гвендолин, Годфри и остальных.
«Мы должны поторопиться покинуть это место», – сказал Кольк. – «Мы должны уйти из королевского двора как можно дальше и укрепить наш новый дом».
«Теперь это бессмысленно», – заметил Бром.
– «Если щит пал, теперь для нас нет безопасного места. Если Империя вторгнется, Кольцо будет наполнено миллионом человек. Их ничто не остановит».
«Нам нужно снова восстановить щит», – сказал Кольк. – «А для этого нам нужен Меч».
«Но вы слышали воров», – вставил Рис. – «Он уже далеко отсюда. Глубоко внутри Империи».
«Тогда мы должны отправляться в путь и вернуть его», – сказал Бром.
После этих слов большая группа рыцарей замолчала, мрачно переглядываясь между собой.
Впервые Тор видел страх на их лицах.
«Есть ли среди вас добровольцы, которые отправятся в Империю, чтобы найти меч?» – выкрикнул Бром, обратившись к Серебру.
Группа рыцарей Серебра, лучшие воины из всех, известных Тору, стояли, храня молчание. Ни один из них не вышел вперед.
«Милорд, это будет бесполезно», – сказал один из них. – «Вы это знаете. Небольшая группа воинов ни за что не переживет такое глубокое вторжение в Империю. Такого не было никогда за всю историю Кольца».
«И мы даже не знаем, где находится Меч!» – сказал другой.
– «Уайльдс простирается на миллионы миль. Он может быть где угодно!»
«Это будет чистым самоубийством», – заметил третий. – «Нам ничего не остается делать, кроме как подготовиться к нападению».
«Я поеду», – сказал Тор, делая шаг вперед в большой круг мужчин.
Все присутствующие хранили молчание – в этой тишине даже было слышно, как жужжит муха.
Тор чувствовал на себе их взгляды, ощущал, как его переполняет энергия. Молодой человек никогда не ощущал себя таким живым.
Он знал, что это безумно и опрометчиво, что у него нет шансов. Но, кроме того, Тору казалось, что именно для этого он и рожден, он гордился собой из-за того, что не поддался страху. Дело было не в выживании. Это был вопрос чести.
«У тебя большое сердце, Торгрин», – сказал Кольк. – «И ты делаешь Легион предметом гордости. Но ты не выживаешь. Даже ты».
«Вопрос не в выживании», – ответил Тор. – «Вопрос в том, чтобы делать то, что является правильным.
