По крайней мере, задаю их не я.
Нелли прекрасно понимает, что я рядом, но не обращает на меня внимания.
Джакузи наполняется, Нелли щелкает еще одной кнопкой, включая гидромассаж. Вода начинает бурлить.
Снимает халат, и, слава богу, под ним белое бикини. Хотя все равно что голая. Эти ниточки не прикрывают ее тело ни грамма. Наоборот, еще больше подчеркивают достоинства.
Она грациозно заходит в воду. Садится, откидывая голову на специальную подушку, берет бокал с напитком, отпивает.
Тихо матерюсь сквозь зубы.
Я в шаге от того, чтобы к ней присоединиться. Меня спасает звонок телефона. Смотрю на экран.
Это Аня.
Спасибо тебе, девочка, что спасаешь меня от падений. Захожу с телефоном в дом.
— Да, малыш?
Намеренно зову ее, как привык. Моей малышкой. Ведь она моя. А там – чужая, недосягаемая женщина.
Между нами с Нелли по факту ничего не было, но внутри меня разливается чувство измены. Мои мысли и желания – уже предательство. Необязательно трахаться, чтобы изменить. Ментальная измена еще хуже, чем физическая.
— Звонил? Прости, я в клинике была, рентген делали. У меня хорошие новости, — звонко сообщает мне Анна. — Нога очень быстро заживает. Хромая невеста на свадьбе – это жуть, — смеется она.
— Хорошо, я рад, — прохожусь по гостиной. — А в общем как дела?
— Хорошо, но плохо без тебя, — тихо сообщает мне Аня. Сглатываю. А вот мне ни хрена не плохо, я тут, мудак, тону в другой женщине. — Вот что за работа, без выходных? Ты тоже человек, и тебе нужен отдых! — возмущается Аня.
— За эту работу и платят соответственно, — выдыхаю я. — Как вернусь с поездки, сразу приеду.
— Это точно?
— Да, Довлатов обещал.
— А когда ты вернешься?
— Точно сказать не могу. Скоро, Ань. Расскажи что-нибудь. Чем занимаешься, всё что угодно, хочу послушать тебя.
И она рассказывает о всякой ерунде. О родителях, о подружке, о том, что выбрала пару мест для проведения нашей свадьбы и что без меня не примет решения, я обязательно должен посмотреть. О костюме, который мне нужно шить на заказ, ибо готовых нет достойных нашей свадьбы.
Я слушаю, соглашаюсь, а сам кусаю щеки изнутри, пытаясь уловить ее настроение. Пробую убедить себя, что она мне очень дорога и выбить из себя всю дурь.
Прощаюсь с Анной, она говорит, что любит на прощание, а я ничего не отвечаю. Язык почему-то не поворачивается. Просто обещаю перезвонить.
Прячу телефон в карман. Стемнело уже, надо включить освещение во дворе и проверить, заперты ли ворота.
