Значит, нет нужного места?
— Так у тебя, в доме твоем подвалы крепкие. В них целый обоз можно спрятать.
— Да, но об этом знают все, а мне нужно место тайное, чтобы ведали о нем только я да ты.
— Это, конечно, льстит, но нету, князь. Хотя…
Князь взглянул на слугу.
— Что хотя, Степа?
— Вырыть тайник в клети можно. Но только смотря что в него класть. Глубоко не получится, вода подземная близко.
— На аршин в длину и ширину возможно? Даже меньше.
— Можно.
Александр Михайлович оживился.
— Так, Степа, ныне же ночью соорудить тайник! Землю из клети вынести и в реку.
Внутрь камень. Сверху положить крышку, но так, чтобы ее видно не было. Потолще, дабы держала на себе человека, а тот и подумать не мог, что стоит не на земле. Утрамбовать все, потом прикрыть тайник разным хламом.
Слуга почесал затылок.
— За ночь? Выкопать-то можно, земля мягкая, а вот к реке ее таскать опасно будет. Собаки лай поднимут, кто-нибудь из оконца высунется. Пойдет слух, что я какие-то мешки к реке таскал. Замучают расспросами.
— Что предлагаешь?
— Ночью сделаю тайник, после возьму телегу да вывезу землю днем, когда народ при делах будет. От моей избы до Тьмаки недалече. Ссыпать можно супротив омута. Там место глухое. Ребятня купаться не бегает, рыбаки неводы да бредни не таскают, сети не ставят. Берег камышами зарос.
— Добро, делай так, — согласился князь. — Телегу и лошадь у управителя возьмешь. А дабы вопросов не было, скажешь, что я повелел дать тебе пять мешков муки.
— Вот он подивится. За какие такие заслуги пять мешков муки?
— Это его не касается.
Ты только скрытно тайник делай. Так, чтобы ни жена, ни детишки ничего не знали. О кладе должны ведать только мы с тобой!
— Все как надо сделаю, князь.
— Ступай!
— Доброй ночи тебе!
Отправив слугу, Александр Михайлович задумался. В голове его кружили мысли о том, почему Узбек послал в Тверь Чолхана почти сразу после утверждения князя на престоле. Что за этим стоит? Может, хан отправил Чолхана не только в Тверь, но и в другие княжества? Побудет Чолхан во Владимире, в Твери, отправится в Новгород, Псков, оттуда двинет в Смоленск, Рязань, на Москву?
Но что-то подсказывало Александру Михайловичу, что добром эта миссия не закончится.
Причин для таких выводов у него вроде бы не имелось, однако на душе было неспокойно. Что-то будет. А вот что? Этого сейчас сказать не мог никто.
Князь опустился на колени перед образами, долго молился. Затем он прошел в опочивальню, где все было готово ко сну.
