– Мне не нравится, что она здесь! Ты неверно воспринимаешь ситуацию, – красавчик тяжело вздохнул и, заострив внимание на мне, внезапно надул щеки, будто затрамбовал туда еды, и воскликнул: – Она в твоей футболке? Почему она в твоей одежде?
«Так, пора вмешиваться. Надоели. Пусть дружно шуруют из номера, оставив меня одну, а то голова заболела. Бояров как девка визжит».
Отмечая, как Макаров двинулся к нему, явно решив вышвырнуть своего нанимателя за дверь, покачала головой. Странно, что такой еще работает.
Он же непробиваемый танк. Прочистила горло и поспешно сказала:
– Милый, меня пытались убить, я промокла, поэтому была не в состоянии идти. Сергей как раз проходил мимо и помог. И в тот момент я не думала о таких глупостях, как приличия. Мне было плохо и я боялась идти в свою спальню, – чувствуя, что он сдается, жалостно ему улыбнулась и, надув губки, обиженно пролепетала: – Сколько мы еще пробудем на этом острове? Я хочу вернуться домой.
– Малышка, я же с тобой. Все будет хорошо. Мы не можем так просто уехать.
Да и как я объясню друзьям? Понимаешь?
«Понимаю! Что ты козел…» – подумала, прищуриваясь, стараясь сдержать бушующие эмоции. Черт. Как мне все здесь надоело. Особенно маньяк, преследующий меня.
– Да, но ведь это моя жизнь. А если вновь нападут? – попробовала нажать на него с другой подачи.
– Малышка, все будет хорошо. Не беспокойся.
– Сколько еще дней? – вопрос вырвался довольно резко, отчего Бояров вздрогнул, а Макаров усмехнулся. Ему что, так смешно?!"
"– Ну… я постараюсь… хотя бы три… Но только потому, что ты просишь, – проговорил он делая мне одолжение.
Была зла. Невыносимо. Какой же он… добрый.
Ладно уж. Что поделать, если жених на первое место деньги ставит, а не благополучие невесты. И зачем такой Ирине жених?
Все же Макаров позволил Боярову ко мне подойти. Сергей отодвинулся и сложил руки на груди, наблюдая за тем, как жених приблизился и положил ладонь на мою руку. Я улыбнулась, пока не заметила темные пятна на руке. Следы от ногтей.
Моментально побледнела и хрипло спросила:
– Что это?
– Рука? Да не ревнуй, зайка. Катя вчера вела себя агрессивно. Как дикая кошка дралась, когда я пытался оттащить ее от Петра. Они, конечно, любят друг друга, но если ссорятся, то лучше не трогать их. А я вот… решил разнять. Дурак. Она вообще странная. Ты не заметила? Ругаются и ругаются. Раньше такого не было.
– Может, прошла любовь? – спросила, задумываясь о том, чтобы проверить информацию.
