Ты пережил столько горя, и жизнь твоя была тяжелее, чем у меня, но ты всегда был ярким и добрым. Ты с легкостью затмевал меня. Мне всегда хотелось быть похожим на тебя. Но все мои старания были тщетны, сейчас я могу признаться в этом. Поэтому я и хочу взять твоего кота, правда…)
* * *На следующее утро они предприняли еще одну попытку свести нас с чертовым псом.
После завтрака Тикако вышла из столовой, чтобы привести Торамару, запертого в другой комнате.
– Тора, будь сегодня хорошим мальчиком, очень тебя прошу, – попросила Тикако за дверью.
Суги нервно мерил шагами гостиную. Сатору сидел на месте, но вид у него тоже был встревоженный. Хладнокровное спокойствие хранили только двое – Момо и я.
На завтрак мне дали особую смесь из кусочков тунца и куриной грудки, и в желудке у меня было ощущение приятной сытости. Ну давай, собачий сын, покажи, на что ты способен.
Деревянная дверь в гостиную распахнулась.
В дверном проеме возник пес. Он пристально смотрел на меня. И явно избегал встречаться глазами с Сатору.
Правильная тактика.
Вчера он получил хорошую взбучку от Суги. Сатору – хороший друг хозяина, и лаять на него нельзя. Остается только один способ излить ярость – броситься на меня, кота Сатору…
Ну давай же, иди сюда, я тебе сейчас покажу, где раки зимуют.
Пес залаял с неистовой злобой, прямо чуть из шкуры не выпрыгнул.
Отлично!
Не обращая внимания на вопли людей, я выгнул спину дугой и вздыбил шерсть.
Шикарно, просто блеск, – прокомментировала наблюдавшая за этой сценой Момо.
Благодарю за комплимент, большая честь, – ответил я.
Пес продолжал лаять, несмотря на грозные окрики Суги и Тикако. Сатору тоже кинулся ко мне, стараясь удержать от прыжка.
Пока ты здесь, хозяин и хозяйка все время будут думать о Мияваки! Наш хозяин не переживет, если хозяйка вспомнит о своих чувствах к Мияваки…
Слышишь, пес, я не желаю вникать в ваши разборки! Раз в этом доме живет такой злобный придурок, как ты, я и сам здесь не останусь! Если дело дойдет до потасовки, то я дам тебе сто очков вперед! Молоть языком ты горазд, но держу пари, ты ни разу не бился не на жизнь, а на смерть.
И никогда не сражался за свою территорию, когда на кону победа или смерть от голода.
