В сущности, следовало уйти из судей уже давно – как только она взяла опекунство над Сатору, и теперь Норико очень жалела, что не сделала этого тогда.
Если ей удалось сменить место работы сейчас, значит это было возможно и в те времена. Когда Сатору был совсем маленьким и впечатлительным, а она вынуждала его раз за разом переводиться в новую школу, отрывала его от друзей и тех мест, где ему было тепло и комфортно и где он успел пустить корни.
Если ему уготовано покинуть этот мир в столь юном возрасте, то ей следовало подарить ему более счастливое детство.
Сдерживая подступающие слезы, Норико делала вид, что наводит порядок на кухне. Но тут Сатору окликнул ее из комнаты:
– Тетя Норико, можно, мы оставим себе эту маленькую коробку и не будем ее складывать? Похоже, она понравилась Нана.
– Когда она ему надоест, сложи ее, пожалуйста! – Она сказала это нарочито громко, чтобы Сатору не расслышал слез в ее голосе. – А ты сразу нашел парковку?
Она арендовала одно место в подземном гараже – специально для фургончика Сатору.
– Да, сразу. Под номером семь, с краю. Ты специально выбрала номер семь для меня?
Сатору был явно доволен тем, что номер парковки был созвучен имени кота.
– Да нет. Просто подумала, что это место легче найти.
Ответив честно, Норико тотчас же почувствовала, что вот тут лучше было бы немножечко приврать. Прикусив от досады губу, она решила задать довольно глупый вопрос:
– Выходит, имя Нана – это то же, что цифра семь?
– Верно. У него хвост загнут в форме семерки.
Сатору хотел схватить Нана, чтобы показать его хвост Норико, но кота в комнате не было.
– Нана, ты где? – Сатору повертел головой, озираясь.
В ответ из кухни раздался истошный визг Норико. Что-то пушистое коснулось ее ноги. Она выронила из рук сковородку, и та с грохотом упала на пол. Норико снова завизжала – и что-то маленькое и пушистое метнулось прочь. Кот.
Сатору подхватил улепетывающего кота и расхохотался. Похоже, что визг Норико не стал для него большой неожиданностью. Досмеявшись до слез, Сатору извинился:
– Тетушка, ты же не очень любишь кошек, но вот теперь кот живет в твоем доме.
– Не то что я их не люблю… просто не знаю, как с ними обращаться, – возразила Норико.
Однажды, когда она была совсем маленькой, Норико захотела погладить дворового котенка, и он больно укусил ее за руку. Рука сильно распухла – и с тех пор кошки были занесены в разряд непонятных и опасных созданий.
Тут ей в голову пришла довольно неожиданная мысль.
