Просто русский оказался сильнее!
– Не-на-ви-жу!!! Живьём бы зажарил!!!
– Ха, тебе обязательно представится такая возможность! Когда из него вытрясут нужные сведения…
– Скорей бы! Я того ублюдка сперва в жо…
Тут Джохар, наконец, заметил мою скромную персону, осёкся на полуслове, сунул руку за пазуху но, опознав во мне «синюшника», досадливо вытащил её обратно.
– Убырайся атсуда старый казол: – с сильным акцентом прорычал он: – Зарэжу на хрэн!
– Не шуми сынок, лучше дай прикурить: – заплетающимся языком пробормотал я, вплотную приблизился к машине и незаметно достал из-под полы ствол.
«Пф, пф» – сработал «Макаров-особый». Головы чеченцев превратились в кровавое месиво, а я, продолжая качаться, проследовал дальше. К подъезду номер четыре. Зайдя во внутрь, я бегом взлетел на пятый этаж, забрался на чердак, прошёл по нему до подъезда номер два, где проживала Оксана, поднял люк и сразу увидел третьего джигита, дежурящего на площадке между четвёртым и пятым этажами. Скрежет поднимаемого люка, конечно же, его встревожил, но не слишком.
Ведь по их расчётам я должен был спокойно подниматься по лестнице, прифуфыренный с букетом цветов, а вовсе не лазать по чердаку в непотребном виде. Тем не менее, он лениво вынул из кармана пистолет (вероятно проформы ради) и… мгновенно скончался с застывшим на губах беззвучным криком. Пуля угодила ему точно в сердце…
Перешагнув через труп, я спустился на третий этаж, поправил бороду, натянул шапочку до бровей, перехватил бутылку в левую руку и требовательно прижал палец правой к кнопке звонка двадцать девятой квартиры.
За дверью послышались лёгкие женские шаги.
– Димочка, ты? – кокетливо мурлыкнул Оксанин голос.
– Какой те на хрен Димочка?! – гнусаво заорал я: – Мужа, блин, родного не признала?! А ну открывай, шалава!!!
– Вы ошиблись адресом. Убирайтесь немедленно! – голос приобрёл неприятное металлическое звучание.
– Ах ты, падла! Прошмандовка вшивая! – громогласно возмутился я: – Небось кобелей в хату привела?! Ну, погоди шлёндра! Ща рыло чистить буду! Вот только замок вышибу!!!
В подтверждение означенных угроз я принялся ожесточённо пинать дверь ногами.
Спустя секунд десять она резко распахнулась, на пороге возник плечистый горец, вознамерился засветить мне кулаком в глаз и… отлетел назад, сражённый бесшумным выстрелом в упор. Оставшиеся двое засадников, видимо никак не ожидали подобного поворота событий и не успели воспользоваться оружием.
