– Если пошлете курьера в Москву за реактивами – в Нижнем таких нет – то через три дня.
– Вдову уже осмотрели?
– Да, и господина Гаранжи за компанию. Такое же отравление, но в меньшей дозе. Им очень повезло – ели ту же пищу, что и покойный, но уцелели.
– Выясните это поподробнее: ту или все-таки немного другую? Нет ли здесь имитации?
– Вы полагаете? – вскинул брови доктор.
– Полагаю, Иван Александрович, еще как полагаю. Молодая жена, старый богатый муж и красавец «гость дома». Ничего не навевает?
– Понял вас, – пробормотал Милотворский и немедля отправился в гостиную.
Тут в кабинет ворвался Гаранжи, театрально ударился головой об косяк и всхлипнул:
– Это я его убил! Все мои перепела! А я еще смеялся… Проверьте дичь, господа, – она всему виною!
– Какие еще перепела, господин Гаранжи? – насторожился Благово. – Кого вы убили?
– Там, на столе, в тарелках. Мои перепела. Я их захватил с собой угостить Ивана Михайловича, он большой любитель вкусно покушать. Птицы кавказские, я привез их еще в начале зимы, когда приехал сюда после отставки искать места.
На Кавказе иногда травятся перепелами – очень редко и не до смерти, но случается… Я еще рассказал об этом, мы посовещались и решили жарить их долее обычного. И вот! Первой почувствовала себя плохо Анастасия Павловна, а потом… а потом…
И Гаранжи снова стукнулся красивой головой об стену и взревел белугой.
– Только без истерик, Василий Георгиевич! Рассказывайте дальше, и в деталях.
– Иван Михайлович побледнел, встал, извинился и выбежал в кабинет.
Я пошел за ним следом, встревоженный, но сам еще ничего не чувствовал. Бурмистров сказал, что у него сильная колика в желудке. Потом вдруг как началось! Внезапно и очень быстро… Он упал на спину, где стоял; завязались судороги, у него потекли черные слюни – фу! – а потом и пена пошла изо рта. Тоже черная… Тут из гостиной закричала Анастасия Павловна, и я бросился туда. Минут пять бегал из кабинета в гостиную и обратно, а затем и у меня открылось… Я перепугался. Решил – все, помираю. Потом все же встал и пытался помочь, в первую очередь, конечно, даме.
Послал прислугу за врачом, разыскал рвотный камень, горничную заставил делать промывание желудка, сам на какое-то время застрял в отхожем. А когда снова пришел в кабинет, увидел вот это… Его убили мои перепела. О боже!
Благово вызвал Милотворского и велел Гаранжи рассказать ему о своих подозрениях относительно дичи. Иван Александрович задумался.
– Да, в литературе я встречал описание таких случаев.
