В последний момент взгляд Александра остановился на «вспухшей» кобуре на поясе офицера. Александр обернулся. Все правильно, на боку «красовалась» оттопыривающаяся пистолетом кобура, а повязки дежурного на рукаве не было.
Петелин нахмурился, вспоминая имя старлея.
– Алексей! – крикнул молодой офицер. – А что, дали распоряжение получить личное оружие?
Тот на секунду повернулся, ответил:
– Ага, – и направился дальше.
«Опа! Все к лучшему! Вот и решение, получу пистолет, как все!»
Александр переступил порог казармы.
Дневальный торопливо выпрямился, ствол автомата за плечами качнулся, слегка стукнув по затылку.
– Дежурный по роте на выход, – проорал хриплым, словно со сна, голосом, поправил автомат и украдкой почесал ушибленный затылок.
Александр стоял, поджидая дежурного. Казарма пустая. Взлетка (свободное место внутриказарменного коридора для построений (центральный проход)) блестит, видимо, недавно помыли, густо пахло людским потом и гуталином. Подошел сержант с красной повязкой «Дежурный» на правой руке, и кобурой на ремне.
Остановился напротив, посмотрел полным скепсиса взглядом.
– Открой оружейку, – распорядился Александр, натолкнувшись на вопросительный взгляд сержанта, пояснил, – Я хочу получить пистолет, – пошарив в кармане, вытащил карточку – заместитель.
Карточка – заместитель, – служит для приема и выдачи оружия и боеприпасов.
Сержант замялся, но не сдвинулся с места. Александр удивленно посмотрел на него. «Это что-то новенькое. С каких это пор сержант не выполняет приказ офицера?»
– Не понял сержант, чего стоим? – бросил резко.
– Тут такое дело, товарищ лейтенант, в отношении вас есть распоряжение вначале пригласить вас к комбату.
– Чье распоряжение? – раздраженно осведомился побледневший Петелин.
– Комбата, – дежурный развел руками, старательно пряча взгляд от разгневанного офицера. На щеках Александра катнулись желваки. Громыхнул дверью, выскакивая на улицу.
Подполковник Изюмов, аккуратно положил трубку стационарного телефона, взгляд наполнился задумчивостью.
Пальцы машинально простучали ритмичную мелодию по гладкой поверхности стола. Звуки стройки: скрип, неритмичные удары и далекие человеческие голоса проникали в кабинет сквозь закрытое окно. Изюмов достаточно долго прожил в городе, успел встроиться в верхушку и знал, что существует несколько группировок, с переменным успехом бьющихся за контроль над властью, и что-либо сделать возможно только опираясь на согласие, как минимум, большинства из них.
