Скажу сразу, ты не обязан нам что-то объяснять, я уважаю чужие тайны.
Я жестом остановила удивленного и растерянного эльфа, собиравшегося что-то сказать. Вот свалился на мою голову, и что прикажете делать?"
"— Ларимар, мы поможем тебе, насколько это в наших силах, — Эль нервно дернулся. Ну да, не хочется взваливать на себя лишние заботы, но не бросать же беднягу. — Подлечим, одолжим денег (насовсем не дам, самим мало! — мелькнула мысль), поможем найти родных. Если ты не хочешь что-то делать или говорить нам, мы не будем настаивать.
Ты нам ничего не должен. Ты хочешь что-то сказать? — мне, наконец, надоели выразительные вздохи и переглядывания эльфа с Хранителем. Я тут, понимаете ли, пытаюсь как-то разрулить ситуацию, а они недовольны!
— Леди Рита, если позволите… — видимо, не зная как со мной разговаривать, попытался подобрать слова эльф.
— Буда рада выслушать всё, что ты пожелаешь сказать, — улыбнулась я.
— Леди, боюсь, то, что вы сказали… Это невозможно. — словно точку поставил, закончил Лари.
А объяснять кто будет?
— Что ты имеешь ввиду? — в лоб спросила я.
— Леди, вы спасли мне жизнь. Едва очнувшись на поле, я почувствовал долг, и направился в город в поисках своих спасителей, дабы отблагодарить. Пока Мир не сочтет долг оплаченным, мне не будет покоя, — опустил взгляд Лари. Пока я пыталась сообразить, чем мне грозит эльф в должниках, Эль твердо и почти грозно сказал:
— А теперь правду.
Лари вздохнул. Ой, у него покраснели уши!
— Я принадлежу к хорошему роду, хоть и не заслужил высокого ранга.
Когда родичи меня нашли, побитого, и привели в чувство, стал очевиден долг жизни, висящий надо мной. Долг перед… человеком, — тихо добавил эльф, словно боясь, что его услышат. И замолчал.
— Кто на тебя нападал и как ты оказался в городе? Тебя должны были забрать под опеку рода до выздоровления, разве нет? — прозвучал ровно голос Эля. Я в очередной раз порадовалась, что не одна. Теплая, почти ощутимая волна признательности и спокойствия пришла от Хранителя.
Почувствовал мою благодарность?
Лари скомкал край одеяла и продолжил говорить, глядя в пол. В голосе прозвенели горячие нотки — обида?
— Мои родичи не согласны с тем, чтобы кто-то из семьи был хоть как-то связан с человеком. Если я появлюсь в наших рощах, или просто попадусь кому-то из родни на глаза, не закрыв долг, меня обещали отлучить от рода и изгнать навеки.
— Это больше похоже на правду. Не знал, что среди вас так популярны античеловеческие настроения.
