Их тихие голоса служили «белым шумом», не давая сосредоточиться сознанию на чем-то более осмысленном. Ну что же. Мир, Богиня, или кто бы ты ни был. Прошу, помоги…
Я резко открыла глаза и села. Камин уже был растоплен, и поленья потрескивали от жара. Дик и Лари, до того попивающие вино всё за тем же столом, подскочили ко мне. Протянули заранее приготовленный карандаш, бумагу и какой-то талмуд, чтобы было удобнее писать."
"Я начала быстро наносить на лист мелкие буквы. Имена и места, стрелочки между ними, какие-то непонятные мне сокращения.
Могу точно сказать, я не могла знать этих имен и названий. С географией ознакомилась постольку поскольку, полагаясь на Эля, и уж тем более, не интересовалась именами родственников высших чинов.
Когда карандаш остановился, Лари забрал исписанный лист бумаги. Пробежал его глазами, протянул Дику. Тот вчитался внимательно, потом кивнул.
— Можешь еще что-нибудь сказать? — он поднял на меня ласковый взгляд. В душе потеплело. Не отдам его никому, никаким заговорщикам не достанется, вот! Сделаю, что в моих силах.
Я ведь не зря пришла в этот мир.
— Пока нет. Это лишь отдельные фигуры заговора, места, где они пересекаются и получают указания.
— То есть главного заговорщика здесь нет? — уточнил Лари.
— Нет. Мир считает, мы должны сами его найти.
— М-да. Помощников показал, а зачинщика пожалел. А смысл? С этим списком мы его вмиг вычислим! — светло улыбнулся Лари.
— Не всё так просто, — хмуро отозвался Дик. — Эти люди никак между собой не связаны.
Торговец из морского города, даже не самого крупного. Дочь министра по делам ремесленников. Кухарка из, простите, публичного дома. Этот список бессмысленный.
— Неправда. Если мы не видим связи, не значит, что её нет. Я попробую узнать, куда делась прислуга. Вы идите отдыхать, только бумагу оставьте на столе, — я зевнула, чувствуя, что готова вновь уплыть в сон. Меня приглашают смотреть живое кино? Я не против.
— Спи, — откликнулся Лари. — Мы подождем.
Когда я проснулась, за окном уже вовсю сияло солнце.
Его лучи проникли в библиотеку сквозь неплотно прикрытые шторы, и я невольно залюбовалась росчерками света среди стеллажей и полок.
— Доброе утро, Хранимая, — голос Эля отвлек меня от созерцания.
— И тебе, — я приподнялась на подушке, надеясь увидеть собеседника. И в тот же миг шершавый язык Малыша прошелся по моему лицу.
— Фу! Ты что творишь! Прекрати, негодник! — попыталась я отпихнуть зверюгу. Не тут-то было.
