Но мне до того было хорошо рядом с ним, что не хотелось думать о приличиях, о том, что он чужой по сути мне человек, что он взрослый мужчина, который держит меня в объятиях и думает, скорее всего, о совсем уж волнительных вещах. Я просто наслаждала его прикосновениями, его близостью, его умопомрачительным запахом и чувством безграничной нежности, которым были пронизаны все его действия. И я делилась с Люисом своими проблемами, мыслями, чувствами. Мне хотелось, чтобы у нас не было секретов друг от друга.
Мы полночи болтали ни о чем конкретно, и обо всем на свете. Было удивительно приятно сознавать, что многие вещи мы воспринимаем одинаково, что нам нравятся одни и те же мелочи, что наши вкусы во многом совпадают. В какой-то момент я снова уснула во сне, а Люис не переставал гладить меня и шептать какие-то нежности на ушко. Там во сне я впервые была по-настоящему счастлива с того самого момента, когда поняла, что моя жизнь изменилась безвозвратно.
Утром проснулась с четким осознанием того, что я влюбилась в человека из своих снов.
Поняв, что все зашло уже слишком далеко, решила, что мне срочно необходимо действовать. Иначе я рисковала и дальше пребывать в иллюзии счастливого сна, и однажды могла проснуться в реальности и осознать, что моя жизнь совсем не такая, как мне бы хотелось.
Быстро перекусив, приступила к изучению фолианта. Мне просто жизненно необходимо было разобраться в этом не дававшем покоя проклятии.
Отыскав последнюю главу, на которую указала мне Богиня, начала методично штудировать страницу за страницей. К моему огромному счастью, здесь содержалась информация о том, что это было за проклятие, как оно работало, и что ощущал проклятый.
Оказалось, что проклятие черной тенью вплеталось в ауру наследника, передаваясь от отца к сыну. Оно сопровождало мужчину по жизни так же, как и сила, полученная от первого мага. Поэтому в семье тархара всегда рождался только один ребенок, и это обязательно был мальчик.
Магия просто не давала возможности зачать еще одного ребенка.
Сам проклятый всегда ощущал давление полученной от предка силы. Отец передавал ее сыну в момент своей смерти. И, как правило, смерть настигала проклятого в момент наступления полного совершеннолетия его наследника, то есть в двадцать три года. Прочтя это, у меня волосы от ужаса встали дыбом. Тархар явно был неадекватен под действием проклятия.