– Странно, – почти неслышно прошептал он.
– Спаси их!
– Что?
– Спаси их. Пожалуйста, – взмолилась, но сейчас я готова была умолять его помочь, если есть хоть малейший шанс. – Ты же можешь. Ты – бог.
– Я? Нет, не могу. Я всего лишь душа.
Он присел передо мной на колени. Ледяные пальцы с нажимом скользнули по щеке медленно размазывая слезы по коже. А Исааз немигающим взглядом смотрел на меня. Почти растерянно.
– Они так дороги тебе?
– Да.
– Настолько, чтобы принять их раны?
– Да!
– Я же потребую плату, – и снова ни улыбки, а только мрачная задумчивость в синих глазах.
"
"Я не ответила, Исааз и так видел, что я готова заплатить. Эгоистично. На моих плечах судьба мира, а я готова отдать душу, чтобы спасти родных и друзей. Исааз притянул меня к себе, ледяные объятия сомкнулись вокруг, а уха коснулось его дыхание.
– Теперь только так, – усмехнулся. – Повторяй за мной, Александра.
По коже побежали мурашки. Губы Исааза касались уха, пока он шептал мне слова заклинания. Знание приходило само. Слова незнакомого языка легко сорвались с губ.
Магия завихрилась вокруг меня. Я уже вновь находилась на тракте и наблюдала за тем, как ко мне приближается Ишари, перехватив кинжал так, чтобы ударить эфесом. Поняв, что я призываю магию, он сорвался с места и не добежал каких-то двух метров. Магические потоки вспыхнули вокруг меня, золотистыми змейками разошлись в стороны, опрокидывая наемника на землю.
Строчки заклинания продолжали греметь в воздухе. Я стояла на коленях и смотрела на бессознательного Аркариона.
Видела, как еле заметно вздымается грудная клетка друга. Это давало надежду. И я цеплялась за нее, продолжая изливать резерв, когда первое ранение прострелило грудь. Закашлявшись, я подалась вперед и прижала ладони к ране, чтобы попытаться остановить кровь. На языке растекся ее солоноватый привкус.
«Не останавливайся».
Закивала головой и продолжила зачитывать строчки. А раны проявлялись вспышками боли, срывающими вскрики. Глаза больше ничего не видели, голова опустела под действием боли.
Меня шатало, и даже не знаю, как я еще не падала. Все повторяла и повторяла заклинание, как молитву. На Земле я никогда не молилась, а здесь боги не вызывали желания к ним обращаться. Но сейчас я умоляла о том, чтобы мне хватило сил спасти родных и друзей. И по крохе выкачивала из себя остатки резерва, вкладывая его в слова заклинания.
Перед глазами потемнело, и я начала заваливаться на бок, ощущая, что уже не в состоянии произнести ни слова.
