– Да, нарушили!
– По моей вине солдат мог меня ранить и ни за что получить наказание!
– Именно!
– И я видела, что вы разгневаны.
– Да, чертовски!
– Габриель, почему вы кричите?
– Я привык командовать и рассчитываю на то, что мои приказы будут выполнены. Мне казалось, что пройдет время и вы научитесь мне доверять. Но теперь я вынужден потребовать, чтобы вы доверились мне прямо сейчас, с этой минуты.
Как будто это так просто!
– Я думаю, вы требуете невозможного, милорд. Доверие надо заслужить.
– Тогда предположите, что это уже произошло! – заявил Макбейн.
– Скажите, что доверяете мне, и вопрос будет решен, черт возьми! И еще зарубите себе на носу: ни один здешний мужчина никогда не тронет женщину, потому что только трус способен на это, а среди нагорцев трусов нет. Вы можете ничего и никого здесь не бояться. Я прощаю вам оскорбление, поскольку вы этого не знали, но впредь не буду столь снисходительным. Хорошенько запомните это.
Она с любопытством взглянула на мужа.
– А если я опять ненароком оскорблю вас? Что мне грозит?
Он никогда не задумывался об этом, да и не собирался.
– Такого больше не случится.
Джоанна сочла инцидент исчерпанным и кивнула, но, подумав, решила все же попросить у супруга прощения.
– Милорд, у меня ужасный характер: сначала делаю, потом думаю. И происходит это помимо моей воли. Прошу меня простить: я очень постараюсь доверять вам, – и огромное вам спасибо за терпение.
Судя по тому, как она сжимала и разжимала кулачки, ей это признание далось тяжело.
– Я и сама не понимаю, почему всегда жду худшего, – озадаченно продолжала Джоанна.
– Я никогда бы не вышла за вас замуж, если бы заподозрила, что вы будете дурно со мной обходиться. Я безоговорочно верю Николасу: а он уверял, что вы человек порядочный, – и все же какая-то частичка меня никак не может в это поверить.
– Вы очень меня порадовали этим признанием, – улыбнулся Макбейн. – Я знаю, как тяжело далось вам это признание. Итак, куда же вы держали путь, когда едва не нарвались на копье?
– Искала Алекса.
Хотела взять с собой на прогулку по лугу, чтобы нарвать цветов.
– Но ведь я велел вам отдыхать.
– Вот я и хотела спокойно погулять, подышать свежим воздухом… Габриель… Ой, что это? – вдруг воскликнула Джоанна. – Там кто-то ползет на четвереньках.
Она придвинулась к мужу, губы у нее дрожали, а он даже не обернулся и просто объяснил:
– Это Огги.
– А что он делает на четвереньках?
– Роет ямы.
– Зачем?
– Чтобы забить в них камни посохом. Он так забавляется.
