– И все же стал лэрдом?
– Тут все очень непросто. Им нужна его сила. В нем течет кровь его отца, и он сумел завоевать авторитет у старейшин клана. Все скоро забыли, что он бастард. Что касается этого мальчика…
Больше он не сказал ни слова, предоставив ей делать выводы. Джоанна покачала головой:
– Так ты полагаешь, что малыш расстроился из-за сегодняшнего венчания?
– Во всяком случае, выглядит он огорченным.
Отец Маккечни привлек их внимание, помахав рукой. Николас взял Джоанну за локоть и двинулся вперед, а она все смотрела на ребенка.
Господи, какой он несчастный и потерянный!
– Все готово, – заметил Николас. – А вон и Макбейн.
Лэрд пересек двор и занял свое место перед алтарем, священник встал рядом и жестом подозвал Джоанну.
– Я не могу, пока не…
– Все будет хорошо.
– Ты не понял, – шепнула она с улыбкой. – Я скоро вернусь.
– Джоанна, ради Бога…
Слова Николаса повисли в воздухе. Он взглядом проводил сестру, которая прокладывала себе путь через толпу, и только когда она направилась к лестнице, наконец понял, чего она хотела.
Николас перевел взгляд на Макбейна, но по выражению его лица ничего нельзя было понять.
Священник вытянул шею, наблюдая за Джоанной, а затем повернулся к Макбейну, привлекая его внимание к происходящему.
Приблизившись к лестнице, Джоанна замедлила шаг, чтобы не напугать малыша.
Известие, что у Макбейна есть сын, наполнило ее и радостью, и скорбью. Наконец-то она получила ответ на мучивший ее вопрос. Макбейна не смущало, что она бесплодна, очевидно потому, что у него уже есть наследник, не важно, законный или нет.
Наказание, которое тяжелым бременем лежало на плечах, вдруг спало, и она почувствовала себя свободной.
Макбейн нахмурился. Проклятье! Ему совсем не хотелось, чтобы она узнала о мальчике до того, как они поженятся и она не переменит своего мнения о нем. Он знал, что у женщин весьма своеобразный склад ума, понять который мало кому удается. Жены, как правило, ненавидят любовниц своих мужей и не признают бастардов. Макбейн, конечно, намеревался познакомить Джоанну со своим сыном, но не сразу, а когда немного освоится.
Алекс заметил ее приближение и тут же спрятал лицо в ладошках. Его худые колени были в грязи, как и одежонка. Когда он украдкой взглянул на нее и удалось рассмотреть глаза, Джоанна поняла, что они не серые, как у отца, а синие.
Остановившись на нижней ступеньке, она заговорила с ребенком. Макбейн направился было к ним, но передумал: скрестив руки на груди, стоял и наблюдал за происходящим.
