Сейчас мне важно было узнать другое. Мой отец сделал то, что должен был сделать я.
На последней фразе голос мужчины дрогнул. Он мог бы обвинить меня в том, что я сама виновата. Что я лишила его возможности позаботиться о нас. Не дала даже шанса. Не позволила увидеть сына, воспитывать его, наслаждаться его взрослением, успехами… Но этого не произошло.
– Идем.
Впрочем, ждать пока я поднимусь, морф не стал. Подхватил меня на руки и шагнул на тропу.
Я если и удивилась тому, что мы переместились не в поместье, а в храм, то не сильно.
Мало ли, может, что-то у жрецов уточнить хочет.
– Мы ждали вас, – голос Авеша прозвучал торжественно.
Это меня насторожило, и я попыталась слезть с рук Виктрана. Мне не дали.
– Боги готовы принять ваши клятвы.
– Клятвы? – эхом переспросила я.
– Я не буду спрашивать, готова ли ты выйти за меня замуж. Я ставлю тебя перед фактом – мы женимся. Здесь и сейчас.
Виктран бережно поставил меня на ноги, при этом продолжая удерживать за плечи и заглядывая мне в глаза."
"– Но…– Поздно, драгоценнейшая.
Наигрались в прятки уже достаточно. Так заигрались, что лишь с помощью Ахадэриана друг друга смогли вновь обрести. Больше я не отпущу тебя. Больше не стану ждать, пока ты перестанешь бояться или думать о том, насколько же мне подходишь, или насколько тебе подхожу я. Смирись, другого мужчины у тебя не будет. Я люблю тебя. И тогда, и сейчас. Это не изменилось и не изменится никогда, как бы мы ни выглядели и в каком бы мире ни очутились. Я весь твой. Веришь?
Я мечтала о свадьбе с ним.
Будет ложью сказать, что это не так. Я хотела быть его во всех смыслах. И там, на Земле, и здесь… Там иной раз представляла, как могла бы сложиться наша жизнь, если бы я не решила, что он слишком молод, чтобы нести ответственность за наш роман. Не просто на бумажке, а взаправду… Пусть в моих мечтах и не было подвенечного платья или какого-то пышного торжества, но там был он… Когда становилось невыносимо, я позволяла мозгу обманываться и мечтать, это помогало. Надо же, а я ведь и забыла об этом.
..
У меня был всего год, украденный у судьбы. Год, за который я так и не смогла понять, каким был этот мальчишка, крепко и нежно держащий меня в своих объятьях и шепчущий на ушко глупости. Он так часто дурачился, заставляя меня смеяться! Я так много рядом с ним смеялась! Это сейчас я понимаю, что дурачился Витя намеренно, сам же ни глупым, ни поверхностным никогда не был. Пахнувший до одурения хвоей, твердивший, что я собой заменяю ему целый мир...
