Ты не в силах это оспорить. А ежели не примешь его воли, то попав к нему на суд, и сама пострадаешь.
Златка зло сверкнула глазами, но, поджав губы, промолчала.
— А железный ведун — это сила. Поверь мне. Ежели с Араком уговоримся, то жить станем лучше прежнего. Сама помысли. Ножи нужны? Серпы нужны? Без них не прожить. Он же их делает. Вон — видела? Люди как оживились, когда узнали. Они за него стоять будут. Нужен он им.
— Как будто Араку не нужен, — фыркнула Златка.
— Если он будет твоим мужем, то через это и его родичем.
Неужто тогда у него рука поднимется Неждана в рабы угнать и тебя обделить?
— А если голову ему морочить да в близости отказывать? Когда же придет Арак, то бросится к нему в ноги, все рассказать и попросить помочь с женихом ладным?
— Ты моих слов не слышала? — нахмурилась Мила, потемнев, как туча.
— Перуна суд был промеж родителя и Боряты. Оттого мстить Неждану не зазорно. Кто он такой? Голытьба оборванная. Злодей и чаровник, что всех с ума сводит.
— Нет! — твердо и решительно произнесла мать.
— Но почему?
— Ты пойдешь против последней воли отца? Вижу. Хочешь. Так знай — пойдешь — прокляну. В жизни и смерти.
Златка снова поджала губы и засопела, зыркая исподлобья.
— На сердце мне тревожно. — чуть смягчившись, добавила мать.
— Отчего?
— Слышала я обрывки мужских разговоров. Ой, лихие.
— Об чем же?
— Лучше тебе не знать, — покачала Мила головой. — Но и воли моей не перечь. Приговорил отец идти за Неждана — иди.
— Ты говоришь странно.
— Кровью пахнет. — после очень долгой паузы, произнесла Мила. — Во всех родах на несколько дней пути померли те, кто дружбу с роксоланами водил. Кто утонул. Кого волки задрали. Да и Борята ныне все чаще о чем-то с мужами толкует.
— И к чему это? Я не понимаю, — пожала плечами Златка.
— К войне это. Неждан сумел зажечь сердца. Держись за него. Выживет — не пожалеешь…
[1] Здесь имеется в виду кузнечная сварка.
Часть 3
Глава 6
167, февраль, 9
— Топор.
— Река. — ответил Неждан.
И Вернидуб задумал, не отвлекаясь, впрочем, от работы. Игра «в слова» была для него непривычной. Как и любой из местных, он не придавал никакого значения фонемам, говоря по привычке, как все вокруг. Теперь же с огромным трудом перебирал известные ему слова, рассматривая их с совершенно иной стороны.
Неждан же крутил ногами колесо гончарного круга и улыбался.
