О невозможном мечтать слишком глупо.
Саша придремал в кресле. Иномирянин. Добрый и наглый, он напоминает чем-то кота. Где приласкали, где поставили миску, там жить и станет. Что ж, для нас с хозяйкой это не плохо.
Поднялся, прошёлся по дому. Впервые один, пока все ещё спят. Выглянул в окно, позволил себе минуту покоя. Жизнь — как лучшее блюдо. Требует того, чтоб ей наслаждались неспешно, смакуя все приятные впечатления.
Сад укутан росой и туманом. Рассветное солнце жадно слизывает с растений влагу. Стремится утвердить свое право на будущий день.
Коза неторопливо обжирает кусты именно там, где я ее привязал. Страшная, как все мое прошлое, но богатая на молоко. Вынул из пузатого шкафа глиняную крынку. Скоро проснется малыш, потребует еды.
Славный он. Повезло, что Лео не решился оборвать эту хрупкую жизнь. Здесь, в доме, вообще собрались на редкость добрые люди. Даже ко мне, к рабу, к каторжнику, к убийце хорошее отношение. Ни одного слова грубого не услышал. Разве что, когда мы тащили шкаф стазиса, дом наполнился бранью.
Н-да, Лео и тут учудил. Надеюсь, его жизнь сложится. Жаль только, что он оказался не способен слышать свое сердце. Был бы я на его месте, ни за что бы никуда не ушел. Разве можно продать счастье за пепел прошлой жизни? Титул, богатства, в них нет ничего, пустые слова. Счастье, оно мимолётно. И великий грех оставлять свою любовь позади. Это лучший из всех подарков богов. Самый сладкий и такой редкий. Один только раз за всю жизнь везёт его получить. И то не каждому.
Дурак ты, герцог.
Ведь я-то видел, как ты смотрел на Анестейшу. Все бы я отдал за то, чтоб иметь возможность быть рядом с любимой, кем бы она ни была."
"Теплые струи молока бьют по дну глиняной крынки, рассыпаются бисером по коричневым стенкам. Вымя теплое, мягкое, чуть покрытое нежным пушком. Да и коза молодец, никуда не уходит, спокойно даёт себя выдоить. Не зря Лео выбрал именно эту. Страшненькая, но хорошая. Зря только герцог выбрал прошлую жизнь взамен той, которая была у парня здесь. Его воля, не стану жалеть.
В качестве награды за молоко вручил козе сухарь белой булки. Пряное дыхание животного ударило в нос. Тмин, мята, ива. Будто вдохнул аромат травяного чая. Она хрустит так жадно, что самому хочется погрызть сухарей.
Бесшумно, как умеют только берсерки, вошёл в дом. Саша так и спит в кресле. Теперь уже крепко, даже немного храпит.
В комнате, которую заняла Анна, слышны причмокивания ребенка. Пора бы его покормить, пока не раскричался во все горло.
