И приводит это к надвигающемуся Концу Мира. Так что, дорогая моя, рекомендую умерить пыл. И понять, что для того, чтоб все было хорошо, нужен не Конец Света, а баланс. Такой, каким он был изначально. Истинный баланс, а не нынешняя карикатура. Так что, — его голос вдруг стал напряженным, словно он боялся, будто я прямо сейчас вскочу на коня и поскачу карать Светлых сияющей Тьмой, — конечно, для восстановления баланса нужно укрепление сил Тьмы. Но не чтобы победить Свет совсем, а чтобы восстановить баланс. То есть умеренное укрепление.
Понятно?
Уфф, выдохнула я. Ну конечно, он прав. Если Тьма завоюет мир, будет то же самое, что под властью Света. «Те же яйца, вид сбоку», — как любил говаривать мой бывший муж, кладезь забавных сентенций.
— Но убийцы детей должны быть наказаны по всей строгости! — насупленно сказала я, опустилась обратно в кресло и наконец подтянула лямку. — Ты поможешь мне укрепить Тьму достаточно для восстановления баланса?
Майдор долго задумчиво глядел на меня…
Потом лукаво улыбнулся:"
"— Не очень понимаю, как именно я могу тебе помочь… в нынешних условиях.
И можно ли тебе верить. Но… посмотрим. На сегодня в любом случае хватит сказок. Рекомендую осмыслить все услышанное, прийти к правильным выводам… А пока…
Он небрежно махнул рукой, и меня прямо в кресле начало неудержимо уносить в сон. Проклятье, этот ящер (или кто он есть!) умеет усыплять не хуже Баэра. А я еще столько всего должна была спросить!
Про драконов. Про Настоящих Хозяек. Про первого Темного…
— Чтоб тебя, ящер! — буркнула я, прежде чем глаза закрылись.
— Никогда не называй драконов ящерами. Они никакого отношения к ним не имеют, — услышала я его хмыканье. — Я бы на месте дракона обиделся.
Одновременно ощутила, как меня, совсем сонную и обессиленную, подхватывают сильные руки — под спиной, под коленями.
Второй раз за эти сутки меня насильно усыпили и несут в постель. На этот раз — вообще непонятно кто! Ужо я им обоим, подумала я. И заснула. Но теперь до утра.
А разбудило меня довольное мурчание.
Я пошарила рукой там, откуда оно раздавалось — то есть у себя на груди.
И обнаружила нечто пушистое, весьма приятное на ощупь. При моем прикосновении мурчание усилилось.
«Что за новый сюрприз», — подумала я и открыла глаза.
Прямо у меня на груди лежал и мурчал мне в шею маленький полосатый котенок с черными ушками.
— Мрр… Мрр…— в очередной раз промурлыкал он, заметив, что я проснулась.
— Господи! Борси, ты что ли?! — сообразила я.
