Но подумала, что скоро наверстаю упущенное — не полежать в такой ванне просто преступление перед самой собой! К тому же в ванне имелись дырочки, наводившие на мысль о джакузи. Грасерия подтвердила, что это «пузырьки для расслабления». Как это работает без электричества, я могла лишь предполагать. Видимо — приводится в действие магией.
Дальше мы с Грасерией приводили меня в порядок. Сегодняшнее зеленое платье тоже было в пол, узкое, облегающее. А спереди был глубокий вырез, украшенный аппликацией в форме хищных черно-зеленых листьев вроде тех, что я видела из окна.
Смотрелось несколько агрессивно, но очень элегантно.
Пользуясь случаем, я в очередной раз пыталась разговорить Грас и выяснить у нее особо животрепещущие моменты. Например… Ведь не ровен час… от Темного чего угодно можно ожидать.
А тело у меня теперь молодое, вероятность зачатия выше!
— Грас, а скажи мне, — словно бы непринужденно спросила я, поправляя волосы перед зеркалом. — А какие у вас есть противозачаточные средства? Признаюсь, сейчас у меня неподходящий день… я не особо волнуюсь.
Но на всякий случай хотелось бы знать…
— Ах, госпожа моя Вероника, вы ведь Хозяйка! Вам не стоит беспокоиться. У вас не может быть детей. Сад блокирует вашу способность к зачатию. Ведь если вы будете вынашивать и рожать детей, то ваши силы обратятся к ним. И Сад может завянуть!
«Ох ты как, — сжала кулак я. — Опять выходка Сада!»
Правда, разозлилась не за себя. И не столько на Сад, сколько на всю ситуацию. Ладно я! У меня есть ребенок, пусть и в другом мире.
А другие Хозяйки? Наверняка среди них были те, кто никогда не рожал, кому хотелось иметь детей, для кого эта новость — настоящая трагедия.
Да и для меня она была немного похожа на своего рода пощечину.
— К тому же представьте, иначе сколько было бы у нас тут малышей, если бы Хозяйки могли рожать! — продолжила Грасерия. — Ведь с некоторыми господин Темный часто проводил ночи!
— А вот, кстати, — светским тоном спросила я. — А скажи мне, пожалуйста, Темный со всеми Хозяйками при встрече вел себя… несколько пренебрежительно?
Грасерия застыла и в ужасе уставилась на меня.
Всплеснула руками. Потом ожила:
— Госпожа, а почему вы спрашиваете? Он вас обидел?
И это «он вас обидел» прозвучало так, словно Грасерия была матерью, прекрасно знающей о непростом характере своего сына и хорошо относящейся к своей невестке.
И тут замерла уже я…
«Как будто была матерью…» — эхом прозвучала в голове эта мысль.
А ведь вполне может быть!
Грасерия — не Хозяйка.
