Я потрогала себя за щеку — какая упругая кожа! Потом поглядела на руку. Рука словно бы забыла, что мне сорок лет, кожа выглядела нетронутой мытьем посуды и зимними ветрами. Совершенно гладкая нежная ручка юной девицы.
«Ну что же, — пронеслось у меня в голове, — неплохо!»
Если на секунду допустить, что я действительно попала в другой мир, то, по крайней мере, сохранила свое тело. И помолодела — это, конечно, приятно. А то, по словам дочери, в книгах очень часто попадают в тело какой-нибудь другой девицы. При этом девица, разумеется, находится в особо неприятных обстоятельствах — ее принуждают к браку с нелюбимым.
Или вообще смертью грозят.
— Сад дарует хозяйкам новую молодость! — видимо, угадала мои мысли Грасерия. — Ах, госпожа, позвольте, я принесу вам платье и причешу вас! Господин Темный, должно быть, уже ощутил ваше появление и желает говорить со своей новой женой.
— Погоди… — видимо, скачок в другой мир, равно как и сумасшествие, не способствовал ясности мыслей. Только сейчас я начала осознавать, что вляпалась не хуже героинь фантастических книг.
— А с прежней-то женой что стало? И чего это я должна выходить замуж? Я, может, не хочу!
Впервые Грасерия опустила глаза и как-то погрустнела.
— Прежняя госпожа умерла от старости, — сказала она. — Ее время пришло, ведь Хозяйки тоже не вечны. А вам и верно не стоит затягивать. Вы ведь можете умереть, если не сделать все вовремя... Госпожа моя Вероника! — она подняла на меня грустный и немного испуганный взгляд. — Господин Темный сам вам все объяснит.
В смысле… объяснит все, что сочтет нужным. Я не смею говорить о столь важных вещах, я простая камеристка. И не хочу навлечь на себя гнев господина.
«А господин-то, похоже, не сахар, — подумалось мне. — Хм, вот точно вляпалась! Еще похлеще многих…»
— Ладно. Давай платье. И этого твоего господина тоже давай! — сказала я.
А по спине поползли неприятные холодные мурашки.
***
Платье, которое принесла Грасерия, было очень длинное, с красивой вышивкой серебром. Сиреневого цвета.
Честно говоря, цвет меня немного смутил. Когда-то давно мама говорила, что фиолетовый и сиреневый цвет старят, и я подсознательно их избегала, когда мне стало больше тридцати пяти.
Но я тут же вспомнила, что теперь выгляжу «на все девятнадцать», так что волноваться о юности вида вообще не стоит. К тому же все искупалось фасоном.
Рукавов нет, глубокое изящное декольте — мечта, а не платье. Причем никакого корсета, но очень соблазнительно облегает тонкую талию.
