Ну почти, — и снова улыбнулась.
И мне вдруг стало легко и спокойно. Операция, провернутая Стихиями, не была подлой. Это не было злостным манипулированием. Это было лишь вмешательством на равных. Каждый из нас просчитывает, с кем общаться, какие шаги предпринять, чтобы достичь желаемого. Это нормально. Мы сами такие же. И наши возможности ограничены даже меньше, чем у Стихий. Хотя, может быть, мне это просто кажется.
Нет смысла в чем-то обвинять их или не доверять им. Грас так и остается моей дорогой подругой.
Гарэм — добрым другом. Она не превратятся для нас с Баэром в недосягаемые фигуры, подпирающие темечком небосвод.
— Но как тогда ты мог вмешаться и вызволить Веронику из застенков? — вдруг спросил Баэр у Гарэма.
— А почему нет? Что могло помешать мне спасти близкого человека из тюрьмы, если я не применял свою власть Стихии? К тому же и власть Стихии, как вы видели, мы можем проявить — если на то есть выбор людей, — спокойно ответил Гарэм. — Кстати, это пленение и мое вмешательство были весьма кстати.
Именно из-за них все и начало меняться, если помните. Именно они привели нас на поле битвы. Мы предполагали их, просто не знали, когда конкретно это произойдет.
— Потрясающе! — рассмеялась я. — Филигранная работа! Кстати, кто станет теперь главным Светлым магом? Не могут же Светлые оставаться без «насяльника»!
— Вот уж выберете сами, — ответил Гарэм. — Повторяю — выбор принадлежит вам. Мы и так тут засиделись…
— Слышишь, Гаэрин! — вдруг со смехом прокричал Баэр тому самому первому Светлому, что перешел на сторону баланса.
— Главой Светлых будешь?!
Лицо молодого Светлого изумленно вытянулось:
— Но я же…
— Молодая кровь крайне нужна этому собранию крючкотворов, — не дал ему договорить Баэр. — Не стесняйся. В конечном счете именно ты первым сделал «альтернативный» выбор…
Гаэрин несмело подошел и встал поблизости, несколько мгновений мялся, а потом поклонился сперва Стихиям, потом нам с Баэром.
— Чем смогу — помогу, — коротко сказал он."
"— Кстати, — негромко сказала я, — нужно бы еще и верхушку церкви поменять.
Очевидно, что среди церковников было много тех, кто всегда помнил о балансе. Но большинство все же скакало под дудку Светлых. А ведь все определяется личной волей лидера… Я бы сменила, по крайней мере, главного епископа. Поставила на его место отца Ростиклава.
Надо сказать, отец Ростиклав все это время тихонько «грел уши» на почтительном расстоянии от нас.
— Я?! — словно ниоткуда вынырнул он.
