Присаживайся, — и галантно отодвинул мне кресло.
— Ну ты даешь! Даже не знаю, как ты притащил столик и всю эту еду! — рассмеялась я и устроилась в кресле."
"— Ты еще кресла забыла! Нести их было неудобнее всего. Я не счел возможным заимствовать мебель в вашем имении.
— И после этого будешь отнекиваться, что ты дракон? Не могу представить себе транспортировку всего этого на собственном горбу. Вот в лапах — да.
— Не буду отнекиваться, — вдруг улыбнулся Майдор. — Но и прямо говорить не буду.
Просто не в моем характере. Пусть во мне останется доля загадки.
— Ну и пусть. Я и так знаю, — улыбнулась я. — Ммм… как вкусно, что это?
Я откусила от круглого зеленого фрукта, пока Майдор разливал нам в бокалы темно-фиолетовую жидкость из бутылки.
— Все это — фрукты и деликатесы с юга, — наигранно-светским тоном ответил дракон. — То, что ты кусаешь — фрукт под название «бурами», весьма популярный у тамошних жителей. Я подумал, что еда с крайнего юга — единственное, чем Темный вряд ли побалует тебя.
В этот сезон в столице она просто не продается.
— Спасибо, что слетал за всем этим, — улыбнулась я.
— Не стоит благодарности, я все еще тешу себя надеждой, что ты оценишь преимущества союза со мной. Например — мобильность. Ну что же… за наш вечер, — вполне серьезно сказал дракон и поднял бокал.
Мы чокнулись — я уже успела рассказать ему про все наши обычаи, связанные с трапезой. Жидкость оказалась изумительным сладко-терпким вином.
— Вино из той же местности. По правде, я его украл. Дедок, который его делает, отказался продавать, — вздохнул Майдор.
— Как нехорошо!
— Я оставил ему одну милую безделушку, которая стоит много больше этой бутылки, — заявил воришка. — На видном месте, так что даже этот подслеповатый дед обязательно найдет. Будем считать, что произошел акт скрытой купли-продажи.
— Ладно. Несмотря ни на что, твои выходки… даже какие-то милые.
— Вот! — поднял палец вверх Майдор.
— Я — милый. И интересный. Со мной просто. Не находишь, что я представляю собой отличную альтернативу твоему мрачному красавчику?
— Даже не знаю… — наигранно-задумчиво протянула я. — Не находишь, что в число твоих милых добродетелей не входит одна очень важная? Скромность.
— Не нахожу, что это добродетель! — рассмеялся Майдор. — И еще… — он наклонился над столом в мою сторону и понизил голос. — Тебе следует оценить мое великодушие.
