Что бы ни думали об этом Светлые… — последнее он добавил, словно бы для себя.
Ага, подумалось мне, здесь, значит, истинное Единобожие. Они полагают, что все создано Богом. Неплохо. Хуже было б, если бы «дети Тьмы», в число которых я, похоже, попала, считались созданиями некоего альтернативного темного божества. Ну, в смысле, что это божество — «Тьма» — не создано Богом.
От теологических размышлений меня отвлекло то, что мы в очередной раз повернули за угол и начали спускаться по огромной лестнице из черного мрамора.
Опять же — красиво и величественно! Хоть и необычно.
— А как тебя все же зовут? — решила дальше наводить мосты я. — Ты ведь узнал мое имя.
— Тебе следует называть меня «господин Темный», а еще лучше «Темнейший мой супруг». Этого достаточно.
— Очень сложно, я не запомню. Раз ты не говоришь свое имя — буду называть тебя «Саурон». Могу сокращенно «Саурри».
Ничем не хуже, кстати, «Грушицы», которой он грозил мне…
«Властелина Колец», в отличие от другого фэнтези, я и читала, и смотрела, потому что время экранизации совпало с моей юностью.
Тогда все его смотрели и читали.
— Почему именно так? — чуть нахмурился Темный. Кажется, мне вновь удалось поразить его до глубины души.
— Ну ты же Черный Властелин. А Саурон — это самый известный Черный Властелин в моем мире, — объяснила я.
— Я не Властелин, — бросил Темный. Опять очень жестко и мрачно. И снова недоволен был скорее фактом «не-властелинства», а не моими репликами. К чему бы это…
— А кто же ты тогда? — удивилась я.
— Меня зовут Баэр. Но это не имеет значения. Изволь соблюдать правила. А то, — на его губах появилась неприятная улыбка, — я ведь тоже могу отказаться жениться на тебе. И тогда ты умрешь, а я получу более покорную супругу. И даже сейчас я могу это сделать.
На всякий случай я действительно замолчала. Ведь эта пикировка была бы по-своему приятной, если бы я не понимала, что он все говорит совершенно серьезно.
Он действительно хочет, чтобы я называла его «господин Темный» и как-то там еще по-дурацки.
Он действительно может отказаться жениться на мне — это не пустая угроза — и тогда я и верно стану удобрением для проклятого Сада.
И он…"
"— Мы пришли, — бросил Темный Баэр и перед нами открылась огромная темно-бордовая дверь.
***
В большом зале, где стены из черного камня были украшены бордовыми шторами, в уголке пристроилась восторженная Грасерия. Юное лицо ее лучилось счастьем.
