И я отвлекаюсь, на час отбрасываю тревоги.
После обеда отвожу Агату на занятия по рисованию. Она у меня очень талантливая, преподаватели ее хвалят. И в кружке по рисованию ее называют лучшей ученицей.
На этом позитив заканчивается. Следующий пункт назначения — отец Дениса.
Останавливаюсь у высокого серого здания в центре города. Поднимаюсь на двадцатый этаж. Секретарь проводит в кабинет шефа.
— Виктория! Ты как всегда несравненна! — отец Дениса поднимается с кресла и идет ко мне навстречу.
— Добрый день, Ярослав Михайлович.
— Чай? Кофе?
— Вы говорили, что у вас есть информация… — договорить не успеваю, дверь кабинета открывается.
— Оставь ее! Ты слышал, мразота! — Денис тяжело дышит, берет меня за руку и заводит себе за спину.
Глава 22
Появление Дениса сбивает с толку, от него исходят дикие волны агрессии.
— Ден, мы лишь мило беседуем, — его отец улыбается. — Будь добр, закрой дверь с той стороны.
— Виктория ни о чем с тобой говорить не будет! — чеканит злобно.
— Я сама решу, Денис! — пытаюсь забрать свою руку, но он держит слишком крепко.
— Подумай о своем поведении сынок, могут ведь быть и последствия, — Ярослав Михайлович говорит мягко, но угроза витает в его словах.
— Иди ты… — Денис с ненавистью смотрит на отца. — Пошли, — тянет меня к выходу."
"— Я не пойду! — пытаюсь упираться, но он просто поднимает меня на руки и уносит прочь.
— Я жду тебя, Виктория, — слышу хрипловатый голос его отца, прежде, чем Денис с грохотом закрывает дверь.
— Отпусти меня! Совсем с ума сошел? — ударяю его кулаком в грудь.
Он молчит. Несет меня, на нас смотрят удивленный секретарь, охранники.
Его отец же мог приказать охране остановить Дениса, но почему-то этого не сделал.
— Что ты себе позволяешь! — не унимаюсь. — Ты не имеешь права вмешиваться! Мы все точки расставили!
— Имею, — твердо, уверенно.
Несет меня к своей машине. Усаживает на переднее сиденье. Трогается с места. Едем мы не долго. Останавливаемся в ближайшем дворе.
Дениса трясет так, что он вести не может.
— Какого ты к нему поперлась? — поворачивает ко мне разгневанное лицо.
— Это не твое дело, Денис, — отвечаю спокойно.
— Все, что касается тебя — мое, — голос становится мягче. — Викусь, расскажи, в чем дело?
— Мне надо было поговорить с твоим отцом, — его запах, его лицо, губы… он слишком близко. Теряюсь. Нечем дышать, им пропитываюсь.
Глупое сердце продолжает выстукивать его имя.
— Что-то произошло в ресторане? — пристально на меня смотрит, нет, не смотрит, пожирает глазами.
