– Хорошо, сопроводишь зверей до столицы, там и поговорим. Есть у меня эти травы, – он увидел мелькнувшую эмоцию на лице Рена.
– Согласен, но только у меня лошадь, а вы лодками идёте, – произнёс молодой человек.
– Где она? В загоне оставил под присмотром? – Каурс посмотрел на говоривших.
– Да, там, – кивнул Ренгель.
– Если доверишься мне, то вернётся сегодня твоя лошадь в столицу, сам приведу, – предложил Каурс. – Я буду сопровождать грузы с других кораблей.
– Согласен, – Рен протянул руку с кожаным номерком.
– По нему отдадут лошадь.
– Знаю, – усмехнулся собеседник, пряча треугольник в карман.
– Тогда жди тут, вскоре начнется погрузка, в столице, когда все наёмные рабочие подойдут за оплатой, и поговорим, – рука у капитана была сильная, ладонь при рукопожатии сухая.
– Какие красивые, – Ренгель словно коршун следил за разгрузкой и переноской северных зверей на лодки.
Больше всего было «хрустальных» белых зверьков, похожих на кошек, но крупнее, два лося с серебряными рогами, матёрый волк с блестящей чёрной шерстью и огромная очень злая бриллиантовая птица, что удивило Рена, она была цела, не ранена.
Можно было бы подумать, что её из птенца вырастили, вложив в это много сил, но охотник по злому непокорному взгляду, обещающему смерть всем, кто приблизится, понимал, что птица дикая, свободная.
– Не представляю, как её будут привязывать к магу, – прошептал он, оставаясь на приличном расстоянии от клетки.
– Сам в растерянности, – неожиданно ответил представитель хищных птиц. – Охотник, может, договоримся? Освободишь?
Ренгель молча посмотрел в глаза птицы и отвернулся.
– Эй, чего молчишь? У тебя дети есть? – проклокотала птица. Ренгель еле заметно вздрогнул. – Вижу, что есть, мускул на лице дрогнул. Так и у меня есть.
– Заткнись, а то капитан тебя быстро магией приложит, сам замолчишь, – мимо клетки пронесли растения, и один из проходящих охранников попытался заткнуть говорливый «бриллиант».
– Злые вы, люди. Магией владеете, да всё вам мало, выращиваете зверей, привязываете к себе, но не понимаете, что становитесь не сильнее, а лишь слабее, – стоило хмурым охранникам пройти мимо, как птица вновь заговорила, но уже шёпотом: – У тебя есть дети, значит, поймёшь, что такое пожертвовать собой, чтобы они выжили.
Думаешь, я бы попался в эту магическую ловушку? – раздался сильный скрежет, длинные когти оставили глубокие борозды на полу клетки. – Обменял свою жизнь на жизнь семьи. Дождались подлые людишки, когда на охоту улетел.
