С неба сыпал мелкий дождь, накрывая серой пеленой притихший город. Но в этой погоде была своя прелесть. Из труб в небо поднимались столбики дыма, пахло топившимися каминами, а оставшиеся на ветвях листья трепетали под порывами ветра. В осени всегда чувствовалось какое-то волшебство: она словно была гранью между мирами.
— Что ты решил? — спросила я, когда экипаж тронулся с места.
— Ничего. Сначала нужно узнать всю правду, — ответил Гериус. Он был спокоен, но в его глазах я видела растерянность. — В любом случае, мне придется сделать этот выбор.
Оставить все как есть, или разрушить чью-то жизнь.
— Смотря как на это посмотреть. Возможно, ты подаришь новую жизнь, разрушив старую, — я не собиралась уговаривать его, навязывать свое видение ситуации. Но если честно, мне казалось, что Фиона станет намного счастливее, узнав, что леди Коулман не ее мать.
— Может, ты и права… — лорд задумчиво посмотрел в окно. — Все очень непросто.
Дом Пранни Пью находился в конце города на улице Яблочной. Он был небольшим, одноэтажным, с маленьким ухоженным садиком.
Мы вышли из экипажа, вошли в открытую калитку, и Гериус постучал в дверь, покрашенную белой краской. Вскоре за ней раздались торопливые шаги, а потом щелкнул замок.
— Да? Я слушаю вас? — полная женщина в накрахмаленном фартуке близоруко сощурилась.
— Доброе утро. Я лорд Коулман, а это моя невеста леди Рене, — вежливо представился Гериус. — Вы Пранни Пью?"
"— Силы небесные… ох… ох… — женщина вдруг прижалась к стене и стала медленно оседать по ней.
— Мне плохо…
Лорд подхватил ее на руки и понес внутрь дома, а я пошла следом, догадываясь, что Пранни Пью точно что-то знала. Об этом явственно говорила ее реакция.
Гериус положил женщину на диван в гостиной и спросил:
— Давайте я пошлю за доктором. Возле дома стоит мой экипаж.
— Нет… не нужно… — слабо произнесла Пранни Пью. — Дайте мне воды… Графин стоит на комоде…
Я поискала глазами графин и налила полный стакан.
— Благодарю вас… — женщина выпила всю воду, а потом, откинувшись на подушки, сказала: — Я всегда знала, что ко мне рано или поздно придут.
Всегда…
Мы с Гериусом переглянулись.
— Вы знаете, где повитуха, принимавшая детей у леди Коулман и леди Опри? — спросила я. Мне было жаль ее.
— Сары уже нет с нами три года. Она умерла, — всхлипнула Пранни Пью. — Мы были сестрами.
— Рассказывайте, — лицо лорда окаменело. — И не вздумайте что-то скрывать.
— Я все расскажу, ваше первородство. Меня эта тайна мучила всю жизнь! — заплакала женщина.
