Достаточно поклониться – и всё, да? – в моём голосе слышался сарказм, и староста невольно дернулся, будто его ударили.
– Госпожа, это… это не совсем так… – начал он заикаться, но я подняла руку, чтобы его остановить.
– Я сама выясню, как именно, Игар, – отрезала я и продолжила шагать вперед.
В церкви было тихо и прохладно, свет проникал сквозь витражи, рисуя разноцветные узоры на мраморном полу. Священник, высокий худощавый мужчина в темном облачении, поднял глаза на меня, видимо, совершенно не ожидая столь внезапного визита.
Я медленно направилась к нему, чувствуя, как за мной нерешительно плетётся староста.
Правда, приблизившись, я поняла, что сутана была не священнослужителя, а лишь послушника.
– Да будет Единый благосклонен к нам, – сотворив знак культа перед лицом, я поклонилась алтарю, а после обратилась к послушнику. – Мир этому храму. Я хочу поговорить со святым отцом. Где он?
– Там? – нерешительно кивнув в сторону малозаметной дверцы, проговорил послушник. – Но только у него постный обед, велено не беспокоить…
Наверное, в любой другой ситуации я бы смиренно попросила святого отца выйти в зал и побеседовала бы с ним тут.
Я бы ни в коем случае не стала провоцировать возможный конфликт с духовенством в своей отдельно взятой деревеньке.
Но не сейчас!
Не после того, как на моей территории совсем юную девочку почти за волосы тащили во внебрачную связь. И я не верю, что гаденыш Ванко стал бы ждать, пока Милуша созреет. У крестьян с этим проще. Просветительская деятельность, конечно, даёт свои плоды, но зреют они весьма долго.
Да и броская церковная роскошь на фоне разрухи оказалась весьма провоцирующим фактором.
Потому я лишь кивнула и решительно направилась к двери.
По ту сторону располагалась маленькая, но богато убранная трапезная. За массивным столом, спиной к нам, сидел крупный, даже монументальный мужик в рясе.
А на столе-е-е! Чего только не было!
Сара взлетела повыше и восторженно перечислила:
– Вот это постный обедик, Аделька! Рябчики, перепелка, колбаска, сыры всякие! Икра чёрная, икра красная, икра заморская баклажанная!
– Приятного аппетита, – самым зловещим тоном поприветствовала я.
Священник дёрнулся, выпустил из рук трепетно сжимаемое кольцо колбасы и повернулся. Его глаза изумленно округлились, а после он практически взвизгнул:
– ТЫ?!
– Вы, – мрачно поправила его я. – Леди Адель Харвис к вашим услугам, отец Боррель.
– Леди… Харвис? – даже как-то обреченно уточнил давний знакомец.
– Глава рода, – кивнула я.
