Мы только что закончили есть в «Тонике» – отличном новом ресторане, который недавно открылся. Я не могу позволить себе это место, но Уэс угостил меня в честь переезда. Мы собирались изучить окрестности вокруг моей новой школы. Однако я не противилась смене плана, когда он сказал, что ему хочется чего-то посимпатичнее.
Еда тоже была потрясающая. Сейчас, когда на улице я чувствую на лице ветер с озера Онтарио, то почти могу себя убедить, что я в мини-отпуске в красивом городе. А потом смотрю на трамвайную остановку впереди и чувствую новый приступ тревоги.
– Ох, Джесси. – Уэс хватает меня за плечи и обнимает. – Все будет хорошо. У жуткой соседки тоже мандраж из-за первого дня.
– Ты ее не видел, – замечаю я.
– Она тот еще фрукт, – соглашается мой брат. – Ну и что? Даже если она получит Нобелевскую премию к началу второй недели учебы, это не значит, что ты не справишься.
– Конечно, – усмехается Уэс, выпуская меня из объятий. – Ты – Каннинг, а они достаточно умны, чтобы сейчас выпить пива и посмотреть первый матч «Вечернего футбола по понедельникам».
Играют Найнеры.
Колеблюсь. Я собиралась перечитать расписание на первую неделю и запомнить карту кампуса. Но их квартира всего в нескольких шагах, семестр еще не начался, а сейчас будет играть моя команда.
– Хорошо. Я за.
Через несколько минут я держу пиво и думаю, где мне сесть. Этот вопрос не должен быть сложным. Уэс и Джейми заняли противоположные концы дивана, сев боком и небрежно переплетя ноги. Все их внимание направлено на экран.
Вот только его мне не видно с барного стула, на который я взгромоздилась.
– Блин, – стонет брат, показывая бутылкой пива на телевизор. – Джесси, ты можешь в это поверить?
Я иду за диван, чтобы застать повтор перехвата, делать который нашему квотербеку[19] не следовало. Черт побери, никто же не был открыт. Ему надо было просто выбросить мяч за пределы зоны.
– О боже. Так нельзя.
Это хорошая игра. Вся семья любит американский футбол – это наше общее увлечение. Я взъерошиваю волосы Джейми, чтобы утешить его после ужасного хода.
– Сядь, – говорит брат, показывая на очевидный предмет мебели. Тот, которого я избегала, едва переступила порог. – Массажное кресло – это потрясающе, – добавляет он.
Ладно.
Я подхожу к креслу так, как я бы подходила к кровавому месту преступления, – с любопытством и дискомфортом одновременно. Оно до сих пор выглядит совершенно новым, с мягкой кожаной обивкой и глубоким сиденьем.
– Что-то не так? – спрашивает Джейми.
