Он скрывается до того, как я успеваю ответить. Боже, мне его жалко. Иметь дело с разводом в начале сезона тяжело. Хотя сейчас еще предсезонный период, поэтому, возможно, к октябрю он будет со свободной головой.
– Серьезно? Никто не может ее подцепить? Тогда я это сделаю, – слышится самодовольный голос с другого конца раздевалки. – Эта девка – горячая штучка. Потрахаться с ней – это будет совсем другой уровень.
– Кончай с этим, – бормочет кто-то другой.
– Если тебя услышит Лемминг, получишь кулаком в челюсть, – предупреждает наш капитан Люко.
Он говорит о другом нашем товарище по команде, который сейчас тоже проходит через разрыв. – Бывшие – вне зоны доступа, новичок.
Новичок, Уилл О’Коннор, только фыркает.
– Я не собираюсь держать рот на замке только из-за какого-то устаревшего кодекса мужской дружбы. Я трахнул двух бывших товарищей по команде в Нэшвилле, и смотрите, – он хлопает себя по точеной челюсти, – все еще цела.
«Ага, тогда почему ты теперь не в Нэшвилле?» – хочу ответить я, но держу свою пасть на замке, потому что уже успел пару раз поцапаться с этим подонком.
Я чуть не давал ему в морду. Я – пацифист! Не бью людей вне льда. Я даже не думаю о том, чтобы их побить.
Но этот парень… О’Коннор молод и самодоволен. Он – заноза в заднице. Парень говорит хрень, не подумав, и однажды это обернется против него. Черт, уже обернулось. Не зря он переходит из клуба в клуб, это не из-за того, что его предыдущие команды хотят набрать новых игроков.
– Поддержи меня, Райли, – говорит О’Коннор, когда ловит мой взгляд.
– Бывшая Лемминга. Ты бы ей вдул, да?
– Не-а, мне нравится, когда нос находится на месте – на моем хорошеньком лице.
Темноволосый новичок закатывает глаза.
– Ясно. Вы все такие слабаки.
Он проходит в душевую. Мы с Люко обмениваемся мрачными взглядами.
– Проблема, – бормочет наш капитан. – Ему еще надо повзрослеть. Присматривай за ним, лады?
Черт. Я знал, что не надо было соглашаться быть помощником капитана. Похоже, О-Капитан-Мой-Капитан[15] всегда поручает мне какую-то хрень.
Я иду в душевую, шлепаю Уэсли по заднице, проходя рядом, и сую голову под горячую струю. О’Коннор в другом конце заполненной паром комнаты намыливает свой член и всех игнорирует. Похоже, он злится, что никто не хочет подцепить с ним на пару бывшую Лемминга. Господи, я надеюсь, что он ничего не предпримет. Клэр была с моим товарищем по команде два года, прежде чем от него ушла. Друг охренеет, если новенький бабник положит на нее свои грязные руки.
