А потом я оставлю вас в комнате одну, чтобы вы смогли прочесть его, - Роман открыл печурку, пошуршал в ней кочергой, подкинул несколько щеп и подвинул пузатый медный чайник на огонь, - Никак не может наш Лаврентич отказаться от огня в пользу газа. Говорит, у чая, заваренного на огне, нет души.
— Вы мне зубы не заговаривайте, князь. Все эти дни я только и думаю, что об этом письме. Отдайте. Я уйду с ним домой, а вы тут хоть чаи распивайте, хоть демагогию свою разводите со сверчками, - Сашу раздражала его манера все делать плавно, будто наслаждаясь каждым моментом жизни, смакуя его.
— Я думал вам не терпится остаться со мной наедине? – князь поднял бровь, и его губы сложились в этой самой кривой улыбке, которую Саша уже возненавидела. Это не просто попахивало сарказмом, это была высшая его точка.
— Еще чего! Если нужно, наш брак состоится, если что-то изменится, я вам сообщу. Но лучше бы это «что-то» случилось. Потому что у меня были совсем другие планы на жизнь, Роман Георгич.
— Ну, вы же знаете, Александра, что человек предполагает, а Бог располагает.
Я тоже надеялся походить в холостяках, закончить то, над чем работаю, надышаться, так сказать. Но долг есть долг. Этот брак запланирован много лет назад. И сейчас он вам нужен куда больше, нежели мне, - Роман аккуратно проследил, чтобы чайник не закипел, и налил из него в кружку ароматный лесной чай из «иван-чая» и душицы."
"— Письмо, - начиная злиться уже по-настоящему, Саша почувствовала, как левая ее бровь взлетела. Совершенно не ее привычка.
Она вдруг вспомнила Вивьен Ли в роли Скарлетт из любимых ею всю жизнь «Унесенных ветром». Вот кто умело выгибал бровь. Но по ощущениям, сейчас у нее получилось не хуже.
— Хорошо, - Роман засмеялся, но поставил кружку и направился к рюкзаку.
— О! Я так рад, что вы еще не ушли, - запыхавшийся голос Василия, ворвавшегося в дом, заставил князя остановиться и вернуться к чаю.
Василий как-то странно посмотрел на Сашу, когда заметил ее, стоящей возле стола. Потом посмотрел на князя.
Не было в его взгляде на этот раз того самого смущения, которое, как печать, ложилось на лицо, как только он заговаривал с хозяйкой поместья. Сейчас он был взволнован.
— Нет, что вы, конечно же, вы проводите меня. Через пару часов мы выходим. Ночь планируем провести в охотничьем доме. Так что, можете спокойно продолжать свои дела. Я сообщу всем, - князь совсем не изменившимся, спокойным голосом ответил доктору и даже улыбаться не перестал.
— Отлично.
