От скуки мы, бывало, переписывались на уроках.
Я тихо развернул записку. У Леона был аккуратный («девчачий», сказал бы Скэриэл) почерк.
«Это правда, что Гедеон избил Оскара?»
Я посмотрел на Леона, но тот с усердием решал химическое уравнение в тетради.
«Откуда ты узнал?» – зачеркал я в ответ. Мой почерк сильно клонился вправо, буквы как будто тянулись к краю листа.
Я положил лист на его парту.
Ответ пришёл молниеносно, я даже не успел переписать с доски ни строчки.
«Бернард растрепал».
Бернард жил по соседству с Оскаром, поэтому всегда был в курсе событий жизни семейства Вотермил.
Я не хотел продолжать этот разговор и сменил тему, зная, что Леон не любит обсуждать свои травмы.
«Что с твоей шеей?»
«Ничего серьёзного, плохо растянулся на тренировках».
«Ок».
Как я и думал, Леон не продолжил нашу переписку.
На истории мы работали в парах и обсуждали упадок Франции, революции и предпосылки к появлению Наполеона во главе страны. Леон был сегодня непривычно тихим. Мы больше не переписывались, и единственным утешением на занятиях оставалась Оливия, сидевшая за первой партой.
"
"После того случая, когда Мартин, мой тупой как пробка одноклассник с соседнего ряда, поймал меня за любованием Оливией Брум, я старался меньше на неё пялиться или делать это не так открыто. Сегодня её волосы были заплетены в косу и украшены бирюзовой лентой. У них с братом тонкие вздёрнутые носики и большие синие глаза. Оливер, как обычно, сидел рядом. Он был выше её сантиметров на десять и немного крупнее, но, думаю, если переодеть его в женскую форму и накинуть парик, разницу почти не заметишь.
Моя одержимость Оливией иногда казалась мне такой ненормальной, что, глядя на Оливера, я видел в нём её черты и даже задумывался о том, что он тоже в моём вкусе. В такие минуты я всё больше сомневался в своей ориентации.
В конце урока учитель, мистер Крон, сообщил о том, что мы должны объединиться в группы по четыре человека и подготовить проект. Я ненавидел групповые задания и работу в коллективе так же, как практические занятия по тёмной материи.
– Давай вместе? – шепнул мне Леон.
Я повернулся и кивнул ему. Осталось найти ещё двоих. Я избегал взглядом Мартина, что сидел с другой от меня стороны. Помимо того, что он был туп, Мартин также был грубым и надоедливым, и являлся последним человеком, с которым я бы хотел работать над проектом. Когда занятия закончились, я вспомнил, что меня поджидает Сильвия, и настроение упало до нуля.
